- Владимир Михайлович, сейчас Бразилия, эта глыба, эта гигантская страна на южноамериканском континенте вызывает возрастающий интерес в разных частях мира, в том числе в России. Сейчас проходит визит Президента Бразилии Дилмы Руссефф в Россию. Как, на ваш взгляд, Бразилия выглядит на мировой арене? Почему она привлекает все большее внимание?

- Потенциал Бразилии оценивается высоко уже давно. Вспомним хотя бы Стефана Цвейга - одного из крупнейших прозаиков ХХ века. Перед Второй мировой войной он эмигрировал в Бразилию и провел там значительную часть военного времени. Цвейг был впечатлен ресурсами страны и предвидел ее восхождение в мировой иерархии. В конце своей жизни, в 1942 году, опубликовал публицистическую книгу, назвав ее «Бразилия – страна будущего». После выхода книги некоторые иронизировали, говоря, что «если Бразилия и есть страна будущего, то таковой и останется». Но события последних двух десятилетий доказывают, что Бразилия не зря внушала надежды, став страной будущего в настоящем. В будущее XXI века она вошла весомо, вошла, добившись уважения к себе как у своих соседей, так и у партнеров на очень далеких от Нового Света меридианах.

Сейчас она уверенно входит в десятку стран с наибольшим экономическим потенциалом. Но дело не только в этом. В современную эпоху очень важно иметь серьезные заделы, демонстрирующие технологическую мощь, инновационные способности государства и бизнеса. И надо сказать, что Бразилия вступила в XXI век не только с огромным валовым внутренним продуктом, превышающим два триллиона долларов, она вошла с немалым собственным заделом на инновационном пути развития.

Бразилия сейчас занимает одно из передовых мест в авиастроении. Причем вступление Бразилии на этот рынок произошло не так давно – всего полтора-два десятилетия назад. Здесь Бразилия начинала, я не скажу «с нуля», но это было продвижение от «низкого старта» на один из самых сложных рынков в современном мире. Сложных и самых наукоемких. Бразилия немало преуспела в генетических исследованиях. Надо сказать, что бразильские ученые в последнее время много сделали для разгадывания секретов ДНК. Они продемонстрировали высокий творческий потенциал в традиционной энергетике, а затем и в ядерной энергетике. При этом лестно отметить, что бразильскую школу ядерной физики основал в Сан-Паулу наш соотечественник Глеб Васильевич Ватагин. Он жил и работал там в 30-40 годы прошлого века. Это имя с пиететом упоминается в книге Жозе Лейте Лопеса, одного из крупнейших бразильских физиков, в книге, которую я читал еще лет 40 назад.

Говоря о достижениях последнего времени, нужно отметить, что бразильские специалисты преуспели в области глубоководного бурения, разведки и эксплуатации месторождений на океанском шельфе. Месторождения, открытые ими в течение последних трех-четырех лет, серьезно усиливают экономический потенциал страны. Так был ликвидирован былой изъян – энергодефицитность национальной экономики. Это, к слову, одна из причин, почему в свое время бразильцы ринулись в освоение производства биотоплива. Думаю, пройдет немного лет, и Бразилия станет одним из крупнейших игроков на нефтяном рынке. Полагаю, что России нужно будет координировать свою политику на этом рынке с Бразилией – так, как это уже делается в отношениях с ведущими экспортерами «черного золота».

Говоря об экономике, нельзя забывать о социальной сфере. Бразилия последнего десятилетия убедительно демонстрирует миру, что решение социальных проблем, социальные расходы отнюдь не благотворительность. Это – серьезные инвестиции в национальную экономику, в национальный экономический потенциал, в его рост. Последний глобальный кризис наглядно показал, что кризисоустойчивость национальных экономик проявляет себя там, где есть прочный внутренний рынок, на котором держит спрос масса платежеспособных потребителей. Не случайно на прошедшем недавно 18-м съезде Компартии Китая обозначен поворот к опоре на внутренний рынок. Таков один из уроков последнего экономического кризиса. И в Бразилии его также хорошо усвоили.

Своевременно отреагировал на этот императив предыдущий президент страны Луис Инасиу Лула да Силва. Его социальная политика, целый ряд программ, которые стартовали с его приходом к власти, впервые в истории страны привели к существенному сокращению зоны бедности.

- Давайте поговорим о политике двух последних президентов Бразилии подробнее. Очень они выразительные, яркие люди – и сам Луис Инасиу Лула да Силва, и его сподвижница и единомышленник Дилма Руссефф, избранная после того, как почитаемый бразильцами Лула был президентом два отведенных Конституцией срока, и на третий баллотироваться не мог.

- Да, деятельность Лулы да Силва одобряют в Бразилии не только в среде малообеспеченного населения, среди тех, у кого благодаря реформам президента улучшились условия жизни. Лулу да Силва поддерживал предпринимательский класс, который позитивно оценил его экономическую политику. Стоит сравнить результаты социологических опросов накануне кризиса и на его исходе. Похоже, что Лула да Силва дает очень редкий пример, когда в условиях экономического кризиса президент зарабатывает повышение своего рейтинга в рядах предпринимательского класса. Это – левый деятель, руководитель радикально настроенной социалистической партии, который сумел подняться над узкопартийными представлениями, на деле став президентом всей нации. Находясь на высшем государственном посту, он сумел значительно уменьшить бремя внешней задолженности, укрепив экономический суверенитет страны, не допускал роста бюджетного дефицита. В годы его правления диверсифицирован – и географически, и по номенклатуре – бразильский экспорт. В это время страна существенно продвинулась на пути эффективного включения в мировой рынок.

Лицо бразильской экономики и экспорта определяют сегодня среднемагистральные самолеты, биоэтанол, грузовики и автобусы, инженерные услуги в области инфраструктурного строительства. Бразилия становится крупнейшим поставщиком продовольствия на мировом рынке – товара, может быть, более востребованного в стратегическом плане, чем нефть и газ. Все серьезные аналитики сегодня обращают внимание на тенденцию удорожания продовольствия, и те страны, которые смогут «оседлать этого коня», обеспечат себе надежное будущее в XXI веке.

Итак, Бразилия – один из ведущих агропромышленных экспортеров. При этом речь идет не о традиционном восприятии аграрного экспорта. Это тот экспорт, который предполагает подключение высоких технологий, диверсифицированную гамму продуктов, товаров со значительной добавленной стоимостью.

Следует обратить внимание на имидж страны за рубежом. Он становится все более привлекательным. В чем это выражается? Во многом, в частности, в притоке иностранных инвестиций. Несмотря на кризисные времена, Бразилия получает значительный приток предпринимательского капитала из-за рубежа. Крупные корпорации приходят в Бразилию. С другой стороны, бразильский бизнес выходит на мировую арену и находит ниши не только в традиционном круге развивающихся стран. Нет, бразильский капитал идет в Канаду, в Австралию, он идет в зону Евросоюза и в США. Эта тенденция находится в зародыше, но она, несомненно, будет обретать все большее значение в перспективе.

Бразильское государство, конечно, выделяет средства на поддержание позитивного имиджа страны за границей. И при скромности этих затрат эффект тем не менее очевиден. А дело в том, что улучшение имиджа страны достигается не пиар-кампанией, а реальными свершениями в экономике, социальной сфере, во внешней политике, культуре и спорте.

- Нынешний президент Бразилии Дилма Руссефф унаследовала солидный политический капитал своего предшественника. Как Лула да Силва создавал этот капитал?

- Благодаря тому, что проводилась сбалансированная политика, сочетавшая ресурсы государства и созидательную энергию предпринимательства, политика повышения конкурентоспособности и последовательную ориентацию на решение социальных проблем, но политика осторожная в том плане, чтобы не раскачивать экономическую лодку. Лула да Силва старался не делать резких движений, но вместе с тем настойчиво создавал стимулы для национального капитала для малого и среднего бизнеса, укрепляя физическую и финансовую инфраструктуру.

Одновременно последняя четверть века бразильской истории характеризуются укреплением демократических институтов, пристойным осуществлением электоральных процессов. Тема поддержания демократического развития, утверждения демократических норм политической жизни весьма чувствительна в Бразилии. Нельзя забывать, что страна вышла из продолжительного периода военной диктатуры. И тема преследований, тема нарушения прав человека воспринимается здесь очень болезненно. Последнее правительство Бразилии делало все возможное для восстановления попранной справедливости, для того чтобы укоренить гарантии невозврата в сумрачное прошлое.

Сегодня Бразилия пользуется в мире заслуженным авторитетом как общество устойчивой демократии, как страна, уважающая права человека. Разумеется, наивно представлять Бразилию беспроблемной страной. Одна из самых чувствительных проблем – сохраняющееся крайнее социальное расслоение и поляризация общества. Уверен, что об этом думает нынешний президент Дилма Руссефф, которая неоднократно высказывалась по этому поводу. Продолжая линию Лула да Силвы, она предпринимает меры, чтобы уменьшить эти контрасты в экономической и социальной областях.

Много делается администрацией нынешнего президента для корректировки политики в связи со слабой экономической конъюнктурой на мировом рынке после прохождения апогея глобального кризиса в 2009 году. Речь идет о необходимости защиты внутреннего рынка, об адаптации финансовой и валютной политики к новым условиям, о дополнительных стимулах для предпринимательской деятельности. Это сопровождается активизацией борьбы с еще одним тяжелым пороком – широкой коррупцией. И нынешний президент Дима Руссефф проявляет в этом твердость духа, убирая с политической сцены запятнанные фигуры.

- В стране резко уменьшилась бедность, стал расти средний класс. И всё это ставят в заслугу политическому руководству, которое уже более 10 лет у власти в Бразилии. Но у власти есть успехи и в международных делах, например, в отношениях со своими латиноамериканскими соседями, для которых Бразилия становится своеобразным ориентиром и флагманом. Согласны?

- Несомненно, власти Бразилии своей социальной политикой упрочили внутренний рынок. Бразильский средний класс несет ныне важнейшую миссию – он стабилизирует и экономическую, и политическую систему страны. Думаю, что сейчас в мире не так много стран, где наличествует столь высокий уровень доверия к власти, уровень национального согласия.

Бразильцы сейчас и на мировом рынке выглядят гораздо более убедительно, чем раньше. Бразильские фирмы работают в других странах в крупных металлургических и инфраструктурных проектах. Бразилии однозначно удалось стать региональным лидером. Она сумела создать вокруг себя экономическое дружественное поле. А за этим следуют и внешнеполитические результаты.

Первым существенным достижением стало создание МЕРКОСУР – таможенного союза, в который вошли Бразилия, Аргентина, Парагвай, Уругвай и в качестве ассоциированных членов Чили и Боливия. Сравнительно недавно о своем желании вступить в МЕРКОСУР заявила Венесуэла. Совершенно очевидно, что приход Венесуэлы в МЕРКОСУР резко повысит экономическую и энергетическую, прежде всего, составляющую потенциала этого интеграционного блока.

МЕРКОСУР родился в 1991 году, а к середине первого десятилетия XXI века Бразилия начала проводить в жизнь проект создания южноамериканского экономико-политического объединения УНАСУР. И результат не заставил себя ждать. Это произошло потому, что у Бразилии уже был высокий престиж. Было признание во всей Латинской Америке её экономической мощи, перспективности. Соседи Бразилии продемонстрировали осознанную заинтересованность подключения к «бразильскому экспрессу». Идею УНАСУР поддержали все 12 южноамериканских стран независимо от политической ориентации, хотя среди них есть и те, кто продолжают считать основным внешним ориентиром для себя США.

Значение УНАСУР (Союза южноамериканских наций) следует связывать с тем, что сравнительно недавно в его рамках создан Южноамериканский совет обороны. Бразилия в последнее время склонна отстаивать ту линию, что свои военно-политические проблемы Южная Америка (да и Латинская Америка в целом) должны решать в «своей собственной семье».

Мы знаем, что до сих пор крупнейшим политическим форумом в Западном полушарии была Организация американских государств – ОАГ. Её особенность заключалась в том, что в эту организацию входят США, но не входит Куба. Между тем Бразилия стала одним из инициаторов образования СЕЛАК – Сообщества стран Латинской Америки и Карибского бассейна. Оно было создано с участием Кубы и без участия США, где опасаются, что сфера деятельности ОАГ будет сужаться, а сфера действия СЕЛАК расширяться.

Конечно, речь идет не о том, что Бразилия – это антитеза Соединенным Штатам в Западном полушарии. Но вместе с тем Бразилия – единственная страна, которая способна принять на себя роль альтернативного полюса на пространстве двух Америк. И на весах истории она выглядит достаточно убедительно по отношению даже к той роли, которую ныне играют США. Бразилия хорошо осознает эту свою миссию.

Заметно усиление внимания бразильского руководства к национальной армии, к военно-промышленному комплексу. Оно появилось после многих лет, ведь сохранялась аллергия к армии после долгой военной диктатуры. Демократические правительства очень скупо финансировали и армию, и ВПК. Но сейчас для Бразилии очевидно, коль скоро страна выполнила задачу превращения в регионального лидера, коль она настроена на то, чтобы войти в круг глобальных игроков, то для этого необходимо обрести и военно-политические предпосылки. А среди них – создание современного военно-морского флота дальнего действия, современных ВВС. Таким образом, речь идет о том, чтобы подтянуть геополитическую роль страны до уже возросшего экономического потенциала.

- И вот Бразилия входит в БРИКС…

- Думаю это совершенно логично. Современная эпоха переходная, в частности, по причине продвижения от моноцентричного миропорядка к полицентричному. На самом деле она переходная во многих смыслах – в экономическом, в технологическом, в геополитическом. В основе этих тенденций лежит неравномерность развития. Бразилия же продемонстрировала свою способность развиваться динамично. Нельзя сказать, что у её экономики сейчас китайские темпы роста, но в своем анализе мы не можем исходить только из сегодняшнего дня. Так, в 2012 году темпы роста ВВП уменьшились, потому что общая конъюнктура на рынках, куда выходит Бразилия, не очень впечатляющая – я имею в виду Европу и Соединенные Штаты прежде всего. Да и в Китае происходит определенное торможение. Поэтому общемировая конъюнктура не очень-то благоприятствует тому, чтобы в Бразилии могли поддерживаться высокие темпы экономического роста.

Между тем Бразилия, с минимальными издержками перенесла глобальный экономический кризис, поддерживает положительную динамику роста. Бразилия твердо удерживает бюджетный дефицит в пределах допустимой нормы. Кроме того, здесь умеренная безработица, гораздо меньше, чем в Евросоюзе – почти в два  раза, тогда как раньше было наоборот.

Опираясь на объективные показатели, Бразилия заслуживает более высокого места в мировой иерархии. И не случайно она нашла в этом поддержку и понимание целого ряда других стран, входящих в круг новых центров экономического и политического влияния. Речь идет о Китае, Индии, России, Южной Африке. Участие в БРИКС – отнюдь не конъюнктурная позиция. Сам факт участия в этом формате существенно повысил рейтинг Бразилии в международном сообществе.

- Хорошо, а что ищем мы в стране далекой по имени Бразилия?

- Думаю, что Россия все еще недостаточно осознала вес и значение Бразилии в современном и будущем мире. Хотя Евгений Максимович Примаков ещё в бытность министром иностранных дел России во время своего латиноамериканского турне в 1997 году высоко оценил перспективы Бразилии. Во время этой поездки было заключено соглашение о стратегическом партнерстве, которое, в частности, предусматривало создание так называемой «большой комиссии», возглавляемой вторыми лицами государственной иерархии. На тот момент у России такие соглашения были только с пятью государствами мира. К сожалению, в последующем этот, я бы сказал, прорыв не нашел подкрепления в политике российских руководителей той поры. Но, разумеется, всякое дело получается тогда, когда обе стороны к нему готовы. Наверное, тогда недооценка возможностей взаимодействия была проявлена и с бразильской стороны. В настоящее время Бразилия прочно удерживает первое место в Латинской Америке по объемам торговли с РФ.

- Благодаря БРИКС интерес Москвы к Бразилии заметно усилился и поднялся совершенно на другой уровень.

- Да, сейчас у нас есть понимание того, что с Бразилией нужно целенаправленно выстраивать отношения в широком диапазоне – и в формате «пятерки» БРИКС, и на двустороннем уровне. Это между прочим очень взаимосвязанные вещи. Я причастен к некоторым делам в рамках развития двусторонних отношений. И я мог убедиться, что наша дипломатия, наше руководство легко находит понимание с бразильской дипломатией, с бразильским руководством. Думаю, что это не случайно. С двух сторон сказывается осознание того, что наши отношения приобретают стержневой характер на многих направлениях. У нас близкие ценности, у нас близкие задачи и, действуя совместно, солидарно, мы можем достичь гораздо большего, чем по отдельности.

http://interaffairs.ru/read.php?item=8993