Когда Барак Обама только въехал в Белый дом, казалось, что партия реалистов от внешней политики получила своего президента. Бараку Обаме тогда очевидно куда более симпатизировали люди, которые отдавали предпочтение не идеологическим «конструктам», а примату национальных интересов над политическими предпочтениями. Но реалистам не удалось закрепиться в вашингтонских «больших кабинетах» и вернуть себе прежние власть и влияние. Сегодня Обама вынужден разговаривать на столь нелюбезном его сердцу языке американского морального превосходства и интервенционизма. Что сегодня говорят реалисты, в частности об американо-российском конфликте вокруг Украины – в статье Николая Пахомова.

***

Украинский хаос и возвращение Крыма в состав России катапультировали американский политический класс в ставшую привычной и уютной за XX век систему координат, где главный враг Америки – Россия. Американские СМИ захлестнула волна русофобских текстов, лишённых интеллектуальных изысков. Последнее неудивительно: если раньше о том, почему и как нужно противостоять России, американцам объяснял Джордж Кеннан, то теперь, скажем, Рик Перри. В условиях такого интеллектуального дефицита радуют статьи, авторы которых попытались вернуть дискуссию об отношениях России и США в русло трезвомыслия.

К переосмыслению российского направления американской внешней политики в журнале «ForeignAffairs» призвал Джон Миршаймер. А Пол Старобин в «NationalInterest» объяснил, почему слухи о смерти России «традиционны» и сильно преувеличены. Пересказывать их и другие похожие по тональности статьи не имеет особого смысла, однако необходимо отметить некоторые вещи.

Миршаймер писал, что большинство западных трактовок как произошедшего на Украине, так и российской реакции на эти события, ошибочны. По его словам, сам украинский хаос – вина Запада. И среди новых украинских правителей есть неофашисты. И всё это – не в «боевом листке» каких-нибудь либертарианцев или марксистов, а на страницах самого респектабельного американского журнала о международных отношениях.

Статья Старобина в другом уважаемом журнале отличается по стилю и содержанию, но схожа с текстом Миршаймера – в попытке побороть стереотипы в отношении России и понять государство, отношения с которым для Америки имеет столь «личный» характер по причине взаимного сложного прошлого. Старобин, например, еще и предлагает пристальнее вглядеться в биографии Юлии Йоффе и Маши Гессен (двух «дежурных» американских «экспертов» по России), чтобы понять мотивы их выступлений…

Радостно, конечно же, что такие люди еще есть. Но хотелось бы напомнить, кого они представляют. Пол Старобин – бывший шеф бюро журнала «BusinessWeek» в Москве. То есть, Россию он «видел воочию». С Миршаймером интереснее: он не относится к числу общепризнанных специалистов по России. Однако, пожалуй, именно в этом его сильная сторона. Большинство «профессиональных» экспертов по России в США – профессиональные русофобы. Что неудивительно, учитывая десятилетия холодной войны. Миршаймер – признанный учёный-международник, профессор Университета Чикаго, имеющий огромный авторитет в теории международных отношений. Он –автор доктрины «агрессивного реализма», согласно которой крупные державы борются не за достижение баланса сил, а за региональную гегемонию и государство, от этой борьбы отказывающееся, автоматически является проигравшим.

Теория международных отношений делится на несколько больших школ. Одна из этих школ – реалисты, основное внимание уделяющие национальным интересам государств. Именно к ним принадлежит Миршаймер. Напомним, что статья Старобина была опубликована в журнале «NationalInterest», являющемся «трибуной» американских реалистов от внешней политики. Причём не только теоретиков, но и практиков – благо, что такие ещё остались в Вашингтоне. Главный практический вопрос, от ответа на который зависит будущее не только российско-американских отношений, но и американской внешней политики: насколько сильны позиции реалистов?

Наивно было бы думать, что Старобин или Миршхаймер какие-то уж очень большие «друзья» России. Во-первых, сами реалисты не от всех стереотипов по отношению к России избавлены. Во-вторых, очевидно, что прежде всего ими движут патриотические соображения – они хотят, чтобы официальный Вашингтон во внешней политике перестал упрямо наступать на известные «грабли». Желание это настолько сильно, что они идут против сильнейшего антироссийского commonsense, отказываясь участвовать в дискуссии с банальной позицией «Путин всегда неправ». Реалисты сегодня призывают ясно понимать последствия возможных дальнейших американских действий в условиях украинского кризиса, будь то приём Украины в НАТО или поставки в страну оружия.

Пока нет особых оснований рассчитывать на то, что реалисты сумеют серьёзно повлиять на обсуждение дальнейших российско-американских отношений. Либеральные интервенционисты, русофобы и просто внешнеполитические невежды доминируют в информационном пространстве Америки. Даже во время недавнего выступления по СиБиЭс гуру внешнеполитического реализма Генри Киссинджера ответ последнего на вопрос ведущего о будущем американской стратегии в адрес России был на какой-то момент заглушён голосом ведущего, якобы пересказавшего ответ Госсекретаря. Трудно понять, чем это было вызвано – разве что ветеран американской дипломатии сказал чего «неполиткорректного»…

Проблема не просто в том, что противники реалистов в США громче.Американская политика функционирует сегодня таким образом, что реалисты в принципе не могут быть влиятельными. Всё определяет избирательный процесс, вся политика является сплошной подготовкой к каким-нибудь очередным выборам. И в современной американской политической практике действует принцип, согласно которому политики не занимаются решением проблем, если при этом возникает угроза их переизбранию.

Реалисты всегда были высокообразованной частью элиты, предпочитающей идеи Гоббса шумихе избирательных кампаний. Однако сегодня вашингтонские кабинеты заполнены именно бывшими активистами предвыборных штабов – с соответствующим жизненным опытом. Конфликт реалистов со сторонниками политического популизма и громких лозунгов явление не новое. Кеннан, Моргентау, Киссинджер, Бжезинский, Скоукрофт и другие представители реализма всегда были объектом нападок конгрессменов и других политиков, надеявшихся добиться любви избирателей своей борьбой с образованным истэблишментом. Другое дело, что раньше здравомыслящие специалисты могли заручиться поддержкой президентов, осознававших свою ответственность за судьбы страны. Сегодня же для Обамы важнее избежать резких движений и обеспечить себе сменщика из демократов…

Правда, реалисты удерживают некоторые командные высоты в процессе принятия и реализации внешнеполитических решений. Например, их достаточное количество в Пентагоне, где прекрасно понимают структуру внешнеполитических угроз для Америки. Там очевидны как опасности полномасштабной конфронтации с Россией, так и необходимость сотрудничества с ней по целому ряду вопросов, будь то борьба с исламским экстремизмом или нераспространение ядерного оружия. Но в целом, конечно, американские внешнеполитические шаги свидетельствуют о том, что они продолжают определяться либеральными интервенционистами. Статья Миршхаймера даёт подробный разбор этих шагов на Украине. Остаётся только надеяться на то, что рост критической массы очевидных ошибок американской внешней политики будет способствовать росту влияния реалистов…

http://terra-america.ru/partia-kissingera-protiv-partii-yastrebov.aspx