Совместную блокаду российских миротворцев в Приднестровье, начатую Молдавией и Украиной, не стоит недооценивать. Отсутствие снабжения этой группировки может реально подорвать само существование непризнанной республики и повлиять на возможность ее поддержки Россией. Что может и должна в такой ситуации сделать Москва и конкретно российское Министерство обороны?

Односторонний выход Украины из всех соглашений по военному сотрудничеству с Россией и прекращение транзита привели к потенциально кризисной обстановке вокруг российских миротворцев в Приднестровье. Теперь наши военнослужащие практически в круговой блокаде. А украинское командование демонстративно перебросило под Одессу батарею С-300, заблокировав возможность снабжения ПМР по воздуху. Тем не менее генерал армии Якубов, координатор Управления генеральных инспекторов МО РФ, заявил, что «обеспечение миротворцев будет осуществляться при помощи воздушного моста, в частности будут задействованы самолеты военно-транспортной авиации».

Украинские С-300 были демонстративно провезены через всю Одессу и расположены в чистом поле у поселка Черноморское. При этом украинские пропагандисты и официальные лица успокаивали местное население, говоря, что это лишь «плановая передислокация». И тем не менее – прекращение снабжения российских миротворцев напрямую связано с демонстративным усилением противовоздушной обороны Одессы.

На самом деле выходом из договоренностей по военному сотрудничеству с Россией Рада просто юридически оформила уже сложившуюся де-факто ситуацию. Уже несколько месяцев Киев и так блокирует всякое снабжение российских миротворцев в Приднестровье, включая элементарное довольствие. То, что началось с попытки не допустить в регион новые российские вертолеты, переросло уже в тотальную блокаду. Снабжение миротворческих сил нарушено полностью, они не получают никаких припасов вообще, и наиболее сложно через некоторое время будет выглядеть обстановка с топливом и ГСМ. Приднестровье не имеет своего НПЗ, и топливо в республике привозное. Также возникнут сложности с ротацией личного состава миротворческого контингента, поскольку теперь ни Украина, ни Молдавия российских военнослужащих через свою территорию не пропускают, а то и вовсе высылают. Последний пример такого рода произошел не далее как в пятницу.

Это неминуемо приведет к сложностям в функционировании миротворческих сил, поскольку у них чрезвычайно сложный регламент. Например, личный состав блокпостов регламентирован вплоть до знания языков каждым из солдат. Совместный пост состоит из восьми человек, из которых четыре контрактника из России. Один – начальник поста, другой – отслуживший срочную службу или в России, или в ПМР, еще двое – не регламентированы. Еще два резервиста, призванные на трехмесячные сборы от ПМР, и два русскоязычных от армии Молдавии. При этом почти половина из двухтысячного российского контингента в непосредственном несении службы на блокпостах участия не принимает, поскольку вынуждена охранять знаменитые склады в Колбасной. Дело в том, что с российской точки зрения старое вооружение из резерва советских войск, складированное там, – собственность Минобороны РФ. А по законам Приднестровья оно является «достоянием многонационального народа ПМР». Поэтому лучше его все-таки охранять, а то немедленно растащат. Приднестровцев можно понять – они рассматривают склады как оперативный резерв, несмотря на то, что большая часть снарядов уже испортилась.#{ussr}

Миротворцы сведены в четыре мотострелковых батальона, но из их личного состава почти половина – это граждане ПМР со вторым российским гражданством, прошедшие срочную службу на территории России. А есть еще обслуживающий местный гражданский персонал, тоже с гражданством России. Он находится в так называемых Красных и Белых казармах и выполняет заодно функцию доукомплектования Кошницкого и Бендерского участков. Юридически все это называется Оперативная группа российских войск в Приднестровском регионе Республики Молдова. Миротворческие функции (на совместных трехсторонних постах и на двусторонних – РФ – ПМР – в Колбасной) опять же юридически лишь приданы этой ОГРВ ПР РМ.

Такая сложная конструкция выглядит уязвимо именно в силу ее юридического несовершенства. Прошлой осенью Молдавия с трибуны Генассамблеи ООН потребовала вывести российских миротворцев и заменить их на международных. Одновременно Молдавия также де-факто перестала сотрудничать с российскими миротворческими силами. Попытки наладить снабжение и проводить ротацию состава через аэропорт Кишинева, после того как Украина закрыла транзит через Одессу, не удались. Российские войска оказались в фактической блокаде, которую сейчас Украина и Молдавия просто принялись оформлять юридически.

Оспорить все эти решения, конечно же, можно. Как статус миротворцев несовершенен, так и решения этих двух стран далеко не безупречны с точки зрения международного права. Но в перспективе это бессмысленное занятие, поскольку в этом вопросе «наши партнеры» в принципе не намерены считаться с международными нормами.

Курс на выдавливание российских миротворцев из ПМР настолько очевиден, что нет смысла и вести какие-либо переговоры о совершенствовании их мандата. Другое дело, что вся эта история длится уже год, а в последние несколько месяцев вошла в фазу открытого противостояния. И все это время Москва практически никак не реагировала на периодические высылки российских военнослужащих, на провокации и недружелюбные акты. Возможно, решили просто не обращать внимания и перетерпеть, рассчитывая на скорое развитие событий на Украине. Но вдруг неожиданно выяснилось, что никакой толковой стратегии по снабжению миротворцев, преодолению блокады и сохранению позиций в регионе попросту нет. Последним грузом, который доставили в ПМР россияне, были мобильные блок-контейнеры – этакий блокпост на колесах. Очень полезная вещь в нынешних условиях.

За столько лет в ПМР так и не построили аэропорт или хотя бы взлетно-посадочную полосу, которая могла бы самостоятельно принимать крупнотоннажные транспортные самолеты. С вертолетами все понятно, а транспортная авиация раньше садилась в Одессе или в Кишиневе. А теперь куда? В чистое поле? Альтернативных путей нет вообще никаких, и, что самое неприятное, российские транспортники в любом случае должны будут пролететь над украинской территорией.

Вот для этих-то целей Украина и развернула в районе поселка Черноморское под Одессой прямо в чистом поле батарею С-300. Всего у ВСУ в рабочем состоянии шесть таких батарей. Одесская сможет сделать за раз девять выстрелов. До воздушного пространства Крыма она не дотянется, но Одессу в состоянии прикрыть.

Конечно, сложно представить себе, что в нормальном мире украинская ПВО примется сбивать российские транспортные самолеты, если они вдруг решать туда залететь. Но, во-первых, никто не поручится за то, что украинское руководство ощущает себя на одной с нами планете и в одном времени. Во-вторых, а куда, собственно говоря, полетят российские транспортные самолеты, если ни Одесса, ни Кишинев не принимают? По большому счету украинские С-300 не представляют особой угрозы, учитывая возможности российской группировки в Крыму. Но приземляться-то где?

Можно теоретически представить, что все снабжение миротворцев будет переведено на вертолеты, и именно вертолеты имел в виду генерал Якубов, когда говорил о «воздушном мосте». Их и есть куда посадить, и они даже присутствуют в достаточном количестве и с экипажами. Но тогда придется говорить о физическом прорыве блокады. Вертолеты полетят прямо на эту самую батарею С-300, их облучат радарами, а там уже один бог знает, как все повернется. Кроме этой батареи, кстати, в черте города Одессы есть еще одна часть ПВО.

Нагнетание обстановки вокруг ПМР – сознательный ход Киева и Кишинева. Это прямая провокация, вынуждающая Россию к неким ответным мерам. Пусть не сегодня, но через пару месяцев Москва будет вынуждена пойти на прорыв блокады тем или иным способом. И никакие дипломатические ходы или международные обсуждения статуса миротворцев этому не помогут. В первую очередь нынешнее руководство Молдавии – в том виде и в том состоянии, в каком оно приехало в Ригу на саммит «Восточного партнерства» – заблокирует любые конструктивные обсуждения. А о Киеве и вообще речи не идет.

Перспективным представляется подождать, пока слабое и не пользующееся поддержкой населения правительство Молдавии развалится само и к власти придут пророссийские силы. Но, во-первых, это может произойти нескоро, а во-вторых, не одни мы пристально наблюдаем за обстановкой в Молдавии. В Кишиневе обычно не утруждают себя сложными политическими играми, а предпочитают просто снимать с выборов противников, выгонять их из страны, депортировать неугодных. Да и ЕС и НАТО наверняка окажут любую поддержку лояльному им режиму. Буквально месяц назад НАТО уже провело совместные с молдавской армией учения непосредственно в зоне ответственности миротворческих сил, нарушив тем самым все имевшиеся договоренности. И – ничего.

Оказывать политическое или дипломатическое давление на Киев в такой обстановке бесполезно и бессмысленно. Не для того они все это затевали, чтобы вдруг затем найти компромисс с Москвой по приднестровской проблеме. А физическое давление на Украину, скажем, даже просто на одесском направлении – это то, чего Киев, собственно говоря, и добивается. Вот тогда-то он и сможет предъявить «факт агрессии» России, а «международные арбитры» разбираться в реальности не будут.

Давление же на Кишинев способно лишь косвенно разрешить ситуацию. Вот так вот неудачно сложилась география региона, что пролетать над Украиной надо в любом случае. А в С-300 очень много кнопок, и никто не поручится, что их будут нажимать в правильном порядке.

Приднестровский конфликт рано или поздно был просто обязан дать о себе знать. Не могло так случиться, что ПМР удалось бы отсидеться в стороне. Но сейчас события могут начать развиваться довольно быстро. Многое зависит от того, насколько удачно российское Министерство обороны выберет стратегию и тактику поведения в этом крайне сложном и щекотливом вопросе. При этом надо понимать, что военная составляющая кризиса сейчас, конечно же, очень важна, но никто не отменял традиционные дипломатические способы. Бесперспективность переговоров на тему Приднестровья с Киевом и Кишиневом не отменяет возможности диалога с европейскими странами, хоть как-то, но влияющими на особо буйных.

Комментарий:

Российские военные откомментировали решение Украины о прекращении транзита через территорию Украины для снабжения миротворческого контингента в Приднестровье. Снабжение будет осуществляться в любом случае посредством воздушного моста - вот смысл комментария.

Решение логичное и единственно верное, однако всё остальное вне рамок компетенции военных. Что именно делать с резко обострившейся (пока сугубо в политическом поле) обстановкой вокруг Приднестровья - естественно, должны решать политические власти России. Однако пока неясно, как это будет делаться и на каком уровне.

При этом наши враги довольно радостно комментируют происходящее, вполне резонно отмечая:

"...Специалисты уверяют, что в данной ситуации это очень мощный козырь в руках Украины для решения многих вопросов противостояния на Донбассе и в Крыму. Наша страна, фактически, заявила о готовности реинтегрировать “Приднестровье” и тем самым разрушить анклав российских войск в Юго-Восточной Европе..."

Насчет "козыря" они, к сожалению, совершенно не преувеличивают. Пожалуй, лишь неадекватная оценка Киевом своей военной мощи и надежда решить проблему Донбасса одним ударом не позволили ему раньше использовать этот серьезный аргумент в противостоянии с Москвой.

Теперь, когда Кремль сумел доказать, что военной победы на Донбассе не будет, и рассчитывает на неприемлемую для Киева ситуацию вхождения ДНР и ЛНР в украинское пространство на неких специальных условиях, ястребы в Киеве совершенно не намерены реализовывать этот сценарий. Конечно, судьба Донбасса в предложенных Кремлем рамках выглядит катастрофически, но ястребам не нужна такая тихая победа - на ней трудно заработать дивиденды.

Приднестровье становится очень удобным инструментом давления - даже без войны полная блокада резко ухудшит ситуацию непризнанного анклава и поставит его перед проблемой банального выживания. Задача остается прежней - спровоцировать на начало военных действий, после которых можно будет ставить вопрос о недееспособности миротворцев и ликвидации их мандата. Примерно такую же проблему решала Грузия перед 2008 годом, и когда у нее ничего не получилось, она просто начала войну, причем Запад обвинил в ее начале и эскалации Южную Осетию и Россию, совершенно не беспокоясь о правдоподобности обвинений.

Поэтому пока на нынешнем этапе Украина будет пытаться спровоцировать Приднестровье. Тирасполь подводят к такому положению дел, при котором война для него станет единственным шансом на выживание. Понятно, что само Приднестровье не сможет справиться сразу с двумя противниками: Молдавией и Украиной, и будет рассчитывать на Россию.

Теперь у России возникает проблема: как успокоить приднестровское руководство и не дать ему начать войну. Однако это мало поможет: в случае, если провоцирование не достигнет своей цели, Украина сама начнет войну, как это было в 2008 году в Южной Осетии. Нет даже повода сомневаться, что западные СМИ взорвутся криком об агрессии русских, которые и начали боевые действия.

Перед российским руководством стоит сложная задача: во-первых, не дать спровоцировать Тирасполь, во-вторых, подготовиться к возможной войне в Приднестровье. Есть, конечно, и еще один выход: подготовиться к эвакуации и в случае начала войны просто сбежать. Однако это будет откровенным поражением, которое Кремль вряд ли допустит.

Смысл войны за Приднестровье имеет два измерения - сугубо военный и политический. Склады 14 армии, конечно, весьма опустели, однако только боеприпасов там хватит еще на одну-две войны. Для Украины это станет весьма ценным призом в дальнейшей подготовке к войне с Россией. Политический смысл будет заключаться в поражении России, причем там, где она действительно находится в крайне затруднительном положении. Воздушный мост для снабжения Приднестровья даже в мирной обстановке весьма паллиативен, а во время конфликта рисковать транспортными самолетами, имея под боком пусть и полуживую, но все еще действующую ПВО Украины, будет весьма непросто.

Нужно решение, которое учтет все риски и предложит выход из ситуации. Мирный или силовой - но выход. Пока Украина сделала очень сильный ход, и здесь знаменитое "грозное русское молчание" уже не прокатит. Что-то говорить а главное - делать - придется. Причем довольно быстро.

Молчание российского руководства относительно ситуации в Приднестровье на данный момент можно интерпретировать как выработку решения либо как ставшую уже традиционной политику страуса. Вне зависимости от того, что именно происходит, решение все равно придется искать: Киев и Кишинев сделали свои ходы и теперь самое лучшее, что они могут сделать - это просто ждать.
В пятницу в Кишиневе демонстративно развернули обратно российского контрактника, следовавшего в Тирасполь, так что блокада окончательно стала двусторонней.

Проблема ПМР в ее ресурсной необеспеченности. К примеру, все топливо привозное. Состав оперативной группы российских войск ОГРВ более чем на половину состоит из местных жителей, принявших российское гражданство, так что с ротацией ситуация выглядит не критично, однако все равно проблема снабжения станет в полный рост через месяц или два. Не больше.

Вести переговоры с Украиной бессмысленно, с Молдавией, в общем-то, тоже. Особенно если учесть, что Молдавия требует пересмотра мандата миротворцев и замену российских военнослужащих международными силами. Времени на переговоры тоже нет.

Заявление российского министерства обороны касательно "воздушного моста" выглядит пока неясным с технической точки зрения. Во-первых, как ни лети, все равно придется проходить через воздушное пространство Украины, а Киев весьма демонстративно развернул под Одессой в поселке Черноморское батарею С-300. При этом формально в случае атаки российского самолета или вертолета он будет абсолютно прав.

Во-вторых, транспортные самолеты в Тирасполе сесть не могут, приходится перебрасываться на вертолетах. Опять же теоретически такую операцию можно проводить с моря, и не для этого ли в Черное море зашел американский ракетный корабль?

Говоря иначе, вне зависимости ни от чего прорывать блокаду придется. Не через неделю, так через месяц. Не через месяц - так через два. Поэтому решение нужно искать и находить уже сейчас.

Пожалуй, единственным вариантом остается идти на поклон к кому-нибудь из ведущих европейских стран с просьбой оказать влияние на Киев или Кишинев. Небезвозмездно, понятное дело. И как раз подталкивание России к такому решению и выглядит основной причиной резкого обострения обстановки вокруг Приднестровья. Возможно, европейцы или американцы ждут подобного развития событий, чтобы продиктовать Москве новые условия. Деваться-то в общем, некуда. Альтернатива - уход из Приднестровья и тяжелейшее политическое поражение.

На самом деле, ничего особо удивительного в происходящем нет. Преступная медлительность в апреле-мае 14 года, сознательный отказ от взятия Мариуполя в августе-сентябре того же года привели к тому, что под вывеской миротворчества и "лишь бы не было войны" создана крайне невыгодная стратегическая обстановка для России на севере Черногоморского региона. Рассчитывать, что наши противники не воспользуются просчетами (а возможно, и прямым предательством) было бы предельно наивно.

Прорыв блокады по воздуху ничем не отличается от прорыва ее по земле: Украина и Запад расценят это как агрессию в любом случае. Униженные просьбы посодействовать, адресованные Европе, не слишком лучше - имидж региональной державы, неспособной защитить свои интересы в регионе, немедленно рухнет ниже любого дна. Однако за ошибки и просчеты нужно платить. В нормальных странах за такие просчеты увольняют чиновников, ответственных за них. В современной России иная традиция - провалившему всё и вся дают бесконечное число попыток исправить им содеянное.

http://www.vz.ru/world/2015/5/22/746862.print.html

http://el-murid.livejournal.com/2381718.html

http://el-murid.livejournal.com/2383521.html