В ходе «цветных» переворотов, один за одним потрясающих мир, в фокусе внимания чаще оказываются сцены уличных столкновений и другие яркие картинки. Кропотливая работа ряда организаций, готовящих почву для таких «шоу», как правило, остается за кадром.

Общественная поддержка чужого правительства

Оговоримся сразу, что вряд ли «теорией заговора» можно объяснить то, что происходит сегодня на Украине, в Сирии, Ливии, Тунисе, Иордании. Для любых потрясений, будь это настоящие революции или их «оранжевые» имитации, нужны прежде всего глубокие внутренние причины. Если общество не в состоянии разрешить свои противоречия мирным путем, начинает решать их с применением силы. Но вот на направление, в котором эти изменения будут происходить, влияет много факторов. Это и расстановка социальных сил в стране, и политическое давление извне.

Современная Белоруссия — страна, дверь в которую сегодня еще только приоткрыта. Впрочем, с помощью экономических рычагов ее «отжали» уже достаточно широко для того, чтобы пробовать менять в ней и внутреннюю обстановку. Особенность ситуации заключается в том, что в республике пресловутое гражданское общество из полезного противовеса монополии власти превращается в инструмент влияния чужих монополий.

Безусловно, любое общество нуждается в том, чтобы выражали и защищали его собственные интересы, а не только государственных и частных структур. Только вот многие «неправительственные» организации (НПО), как и политические партии Белоруссии, являются таковыми лишь по отношению к своему государству. Зато исправно обслуживают интересы правительства чужого. Основная причина — внешнее финансирование.

Грантовые авторитеты

Специфика белорусского режима заключается в том, что политические партии здесь не подпускаются к реальной власти. Это касается как оппозиционных и независимых организаций, так и по большему счету даже «пропрезидентских» партий. По сути, деятельность оппозиционных партий сведена к уровню НПО — они зарегистрированы в минюсте, время от времени проводят какие-то уличные акции (их разрешают очень редко и только в Минске), номинально участвуют в «выборах», результаты которых заранее определяются властями. Но никогда сами не становятся властью ни на каком уровне. В органах власти присутствие представителей лояльных партий является чисто номинальным. В силу этого обстоятельства, а также жесткого прессинга любых внутренних спонсоров, оппозиционные политики практически не имеют финансирования внутри страны. К тому же даже членские взносы в подобных партиях выплачиваются крайне неохотно, из-за того что во многом их актив состоит либо из маргиналов, либо из молодежи. Многие вообще приходят в такие организации не для того, что бы давать, а чтобы взять.

Сегодня, если попросить более или менее сведущих людей привести слово, ассоциирующееся с оппозицией, то этим словом будет «грант». При этом уставы большинства западных фондов не предусматривают финансирование политических партий. Посредником между фондами и оппозиционными партиями в Белоруссии и являются пресловутые НПО.

Вообще в стране действуют сотни, если не тысячи, таких некоммерческих и неправительственных организаций самой разной направленности. Наиболее охотно спонсоры выделяют деньги на экологию, культурные проекты, феминизм, правозащитную деятельность, СМИ и тому подобное. Существуют и специализированные экономические проекты — малый бизнес, региональное развитие и т.д. Но важнее другая градация — по отношению к действующей власти. Здесь можно выделить две основные категории — лояльные и оппозиционные НПО. Конечно, большинство организаций последнего рода всегда заявляет о своем «неполитическом» характере, но на деле имеет четкую идеологическую ориентацию. «Оппозиционные» НПО, в свою очередь, могут быть самостоятельными устойчивыми организациями, как, например, экологический «Экодом» Ирины Сухи или «коммунальный» «Наш дом» Ольги Карач. Либо фирмами-«однодневками», создаваемыми для финансирования той или иной партии, либо политической кампании.

Кстати говоря, слово «дом» не зря звучит в названии вышеприведенных и многих других организаций. Строятся они, как правило, по вполне патриархальному (матриархальному) типу — во главе с безусловным лидером, хозяином или хозяйкой, функционерами второго звена и «младшими» активистами для работы на улице. «Полевой» актив не получает денег или оплачивается эпизодически, но с чисто детской радостью бегает на акции и семинары. Фигура лидера — ключевая, поэтому в обиходе все эти НПО называют по имени его главы. Руководитель организации должен обладать главным качеством — быть авторитетным человеком для спонсоров, ведь именно под его имя фонды дают деньги.

Фондовая игла

Авторитет нужно нарабатывать. Но обычно «профессионалов» от неправительственных организаций выбирают и создают сами западные фонды. Как правило, при появлении на общественном поприще какой-либо яркой фигуры на нее сразу обращают внимание. Не важно, какие взгляды исповедует этот активист — левые или правые, важно другое — он должен быть «понимающим» и способным договариваться.

При этом существует одно негласное условие, которое сначала неявно, а потом все более настойчиво доводят до кандидата — все беды идут «с востока». Если он эколог — ему разъяснят, что это именно Россия и союзные ей власти в Белоруссии и загрязняют всё и вся. Если борец за демократию — тоталитаризм и фашизм придумали исключительно русские. Даже если он сторонник социализма — то должен признать, что настоящий, «демократический» социализм возможен только на Западе, а «дикая Россия» несет только «кровожадный, имперский сталинизм». Если консерватор — то пусть молится средневековым королям Великого княжества Литовского. Если же активист озабочен развитием национальной культуры, то должен понимать, что это «москали» только спят и видят, как бы извести под корень народные обычаи в белорусской деревне.

Тех, кто не сможет правильно усвоить эту «генеральную линию», очень быстро лишают поддержки. Пока же на благое дело борьбы, которую начинающий общественный лидер ведет, ему предлагают подать заявку на грант. Подсказывают, в каком фонде поддерживают данную деятельность, где сейчас идет рассмотрение, дают нужных людей и контакты.

Первый грант получен, и вот под него уже формируется деятельность данного лидера — снимается офис, покупается техника, людей привлекают в организацию под перспективу дармовых поездок на семинары за рубеж. «Соскочить» с такого крючка становится все труднее, гранты действуют, как наркотик. И постепенно может поменяться и направление деятельности такой организации, и сам его смысл. В частности, руководство одной левой партии Белоруссии изменило и свое название, и символику. Злые языки поговаривают, что все ради западного финансирования. Вот, правда, взгляды актива партии не поменялись, иногда и самые эффективные технологии не срабатывают.

Надо отметить, что российская поддержка почти не присутствует на сцене НПО и политических партий Белоруссии. Во-первых, до последнего времени у Москвы, видимо, была полная уверенность в лояльности действующей в Минске власти. Во-вторых, сама эта власть очень ревниво преследовала тех, кто пытался играть на российском поле, где она считала себя полным монополистом.

Друзья демократии

Список фондов, работающих в республике, достаточно обширен. Это «Фридом хаус», «Национальный вклад в демократию» (NЕD), фонд Конрада Адэнауэра, фонд Фридриха Эберта, фонд Генри Маршалла, фонд Сороса, фонд Улофа Пальме, фонд Стефана Батория, фонд «Евразия», ресурсы Национального демократического института (NDI) (внешнеполитической структуры Демократической партии США) и IRI (Международного республиканского института) — аналогичной организации Республиканской партии США. Работает и ряд других, более мелких или специализированных фондов, занимающихся вопросами прав человека, экологии, культуры и т.д. Большинство фондов — американские, активны немецкие спонсоры, а также Шведское агентство по международному развитию (SIDA), некоторые датские, польские организации.

У каждого своя специализация. «Фридом хаус», например, любит выставлять рейтинги по степени «свободы». Белоруссия, по версии американских ультраконсерваторов, занимает там последнюю строчку «худших из худших» наряду с КНДР и Сомали. NED оказывает поддержку «независимым» СМИ. IRI организовывает наблюдение за выборами. Американский фонд «Евразия» поддерживает в республике не только «Правозащитный центр «Весна», Белорусскую ассоциацию журналистов, ведущую оппозиционную газету «Народная воля», но и радикальные политические группировки.

Часть из фондов являются околопартийными и, соответственно, поддерживают тот или иной политический спектр. Но это вовсе не обязательно — тот же NDI финансировал такие партии, въезд членам которых на территорию США до сих пор запрещен. Представители «белорусского направления» этих фондов, как правило, базируются на площадках «ближнего подскока» — в Польше, Литве, на Украине. Так, в Варшаве находится внушительное здание офиса фонда Стефана Батория, там же работал и представитель фонда Сороса. В Вильнюсе действует IRI. Офис NDI раньше располагался в Киеве, в двух шагах от Майдана. Однако относительно недавно «демократы» покинули столицу Украины и тоже перебрались в Литву.

В практике работы этих центров часто применялся такой способ сбора информации — активисты партий или НПО под любым предлогом приглашались в офис. Дорога, разумеется, оплачивалась. По приезде в Киев на сутки снималась гостиница, выдавались командировочные в символическом размере 30 долларов. Затем с прибывшими проводилась беседа о ситуации в Беларуси под невинным предлогом — «помощь становлению гражданского общества». Иногда отдельное собеседование проводил и сотрудник Агентства США по развитию (USАID), с той же формулой: «Мы хотим помогать вашей молодой демократии». После чего информационно выпотрошенный гость фонда, так и не поняв, чего от него хотели, возвращался домой.

Основная форма работы, которая реально проводится на грантовую поддержку — это семинары, тренинги и различные обучающие программы. Как правило, местом их проведения является Литва или Польша. Ранее также была и Украина, но сейчас, ввиду неприглядного положения, в котором оказалась эта несчастная страна, популярность ее посещения несколько снизилась. Поездки на программы в «дальнее зарубежье» — Швецию или в Брюссель являются привилегией избранных. На самом деле привлекательность заграничных семинаров для молодежи заключается прежде всего в бесплатном туризме — участникам оформляют шенгенскую визу, размещают в отелях средней руки, обеспечивают питанием. Учебная составляющая семинаров — как правило, весьма посредственна. Достаточно нелепым выглядят, например, британцы, поучающие белорусов, как нужно проводить выборы в их стране. При полном незнании традиций, особенностей менталитета белорусского населения и специфики местного законодательства. Но дело совсем не в этом – сами эти поездки должны пропитать молодежь духом «европейских ценностей», приобщить к ним внутренне и внешне.

Значительная часть мероприятий, заявленных в проектах, внутри республики не проводится, либо осуществляется формально. Как правило, спонсоры строго не контролируют, куда тратятся средства. Важно предоставить формальную отчетность, но поскольку большинство фондов принимает электронные копии платежных документов, то их фальсификация у некоторых «грантососов» налажена виртуозно. Коррупция в этой сфере процветает, но заграничные кураторы, кажется, закрывают на это глаза. Помимо всего, это еще и хороший бизнес для них самих.

Иногда среди начинающих активистов попадаются те, кто возмущается фактами нецелевого использования средств и выказывает желание работать без грантов, «за идею». Такие энтузиасты со стороны спонсоров, мягко говоря, не приветствуются, ибо своим идеализмом бросают вызов хорошо отлаженной и выгодной многим системе.

НПО против партий

Между оппозиционными партиями и НПО в Белоруссии всегда имела место негласная конкуренция. В частности, она обострилась во время формирования белорусской общественной делегации на первый саммит «Восточного партнерства». По уровню представительства в тот раз одеяло перетянули на себя именно «неправительственные» организации. Их несомненный перевес обусловлен все тем же обстоятельством — политические партии в РБ лишены своих властных функций со стороны своего государства, а их финансирование осуществляется через западные НПО.

Более того, в последнее время некоторые общественные организации начали брать на себя и функции политических партий. Впервые о таковых амбициях заявило Движение (Рух) «За свободу», созданное для поддержки «единого» кандидата от оппозиции на президентских выборах 2006 года Александра Милинкевича. Следующим стала гражданская кампания «Говори правду», выдвигавшая Владимира Некляева на выборах 2010 года. Такого рода гибридные «зонтичные» структуры формируются из функционеров среднего звена различных оппозиционных партий, вступающих сюда под хорошее финансирование. К президентским выборам 2015 года финансовое влияние политизированных НПО достигло такого уровня, что именно функционер «Говори правду» Татьяна Короткевич, скорее всего, станет «единым кандидатом» от оппозиции, противостоящим Александру Лукашенко.

Помимо поддержки избирательной кампании, наиболее приоритетной сегодня в работе западных фондов становится поддержка проектов, связанных с развитием белорусской культуры и языка. Поскольку КПД правых оппозиционных партий давно известен, в преддверии предстоящих президентских выборов и возможных массовых акций ставка может быть сделана на формирование широкой протестной среды на основе культурной квазибелорусской идентичности в стиле рубах-«вышиванок» и других «трендов», модных среди «среднего класса».

Получение незарегистрированной финансовой помощи из-за рубежа является незаконной с точки зрения белорусского законодательства. В тоже время в большинстве случаев власти достаточно спокойно относятся к этому. Применяется только точечное преследование, как, например, уголовное дело в отношении правозащитного центра «Весна» или «финансистов» «Говори правду» после «массовых беспорядков» во время выборов 2010 года. В то время как индивидуальных предпринимателей весьма жестко наказывают за любую финансовую недисциплинированность — недавно принят беспрецедентный Декрет о налогооблажении неработающих граждан — значительные суммы исправно поступают на содержание оппозиционных организаций из-за границы и остаются без внимания. По какой причине? Вопрос остается риторическим. Возможно, таким образом достигается большая подконтрольность или предсказуемость оппозиционных структур? В их грантовой, корыстной деятельности видят меньше угрозы и меньше радикализма?

Но сегодня мир меняется. В связи с событиями на Украине и беспрецедентным давлением на Россию возможно настоящее обострение ситуации и в Белоруссии. Тем более что непопулярные либеральные реформы ведут и здесь к обострению недовольства населения такого рода антисоциальной политикой. Велика вероятность того, что этим могут воспользоваться внешние и внутренние силы, вовсе незаинтересованные в восстановлении попранной справедливости, но имеющие противоположные цели.

Достаточно уместным в данной ситуации, как представляется некоторым экспертам, было бы учесть в Беларуси опыт законодательства РФ об «иностранных агентах». Подобного рода классификация общественных организаций, получающих помощь из-за рубежа, нисколько не противоречит практике, сложившейся в самой «цитадели демократии» — США.

При этом никто не говорит, что общественные инициативы в Белоруссии должны подавляться. Наоборот, сейчас здесь становится еще более актуальной задача становления подлинной демократии. Но развиваться должно именно народовластие, которое опирается на собственные силы и ресурсы и отвечает национальным интересам. Политическая оппозиция, общественные организации и независимые профсоюзы просто обязаны быть. Но только нужна такая оппозиция, которая действует в интересах собственного народа, а не иностранных государств.

http://rusplt.ru/world/kak-v-belorussii-formiruetsya-pyataya-kolonna-16734.html