Пока мир, затаив дыхание, следит за экономическим кризисом в Греции, серьезные проблемы начала испытывать одна из крупнейших стран Европейского союза — Великобритания. Первый министр Шотландии Никола Старджен назвала «неприемлемым» план правительства «английские голоса для английских законов». План подразумевает, что избранные от Англии депутаты палаты общин получат право вето на законопроекты, касающиеся Англии, в таких вопросах, как здравоохранение, образование и финансы.

Это ответ правительства Кэмерона на так называемый Западный Лотианский, он же английский, вопрос. Англичане считают несправедливым, что депутаты от Шотландии могут голосовать в общенациональном парламенте по вопросам, касающимся Англии, в то время как английские депутаты лишены аналогичной возможности в отношении Шотландии, поскольку у шотландцев есть собственный парламент в Холируде.

Согласно предложениям правительства, если спикер палаты общин решит, что тот или иной законопроект или его часть касается Англии, или Англии и Уэльса, будет образован специальный Большой законодательный комитет, в который войдут депутаты исключительно от данных регионов. Закон нельзя будет принять без их согласия. Что же касается финансовых законопроектов, то для их рассмотрения может создаваться Комитет из представителей Англии, Уэльса и Северной Ирландии.

Шотландцы жалуются, что это приведет к разделению депутатов на два сорта и шотландские представители станут неполноправными по сравнению со своими английскими коллегами. Правительство Кэмерона добивается в данном вопросе не только справедливости, но и решения узкопартийных задач. Тори по традиции имеют хорошие позиции в Англии. Поэтому во время будущих выборах может сложиться ситуация, когда правительство будет формировать политическая сила, победившая в Британии в целом, но проигравшая в Англии. Новая система позволит консерваторам влиять на правительственные решения даже будучи в оппозиции.

Идущие сейчас в Британии споры более важны, чем греческий кризис, поскольку касаются одного из крупнейших и влиятельнейших государств Европы. Происходит фактическая федерализация Британии. Причем Британия распадается на регионы по этническому признаку, что очень напоминает Советский Союз.

Уже звучат голоса, что необходим отдельный английский парламент и, стало быть, английское региональное правительство. Кэмерон всеми силами старается избежать подобного сценария, отсюда и план «английские голоса для английских законов». Однако в ближайшей перспективе идея английского парламента, скорее всего, будет набирать сторонников. Неполноправие шотландских депутатов будет воспринято в Шотландии как обида, и потому даже дополнительные полномочия, которые Кэмерон обещает Шотландии, скорее всего, не успокоят Шотландскую национальную партию.

В ходе прошедших выборов в палату общин в Шотландии утвердилась «полуторопартийная» модель политического устройства с тотальным доминированием шотландских националистов, которые получили 56 из 59 мандатов от региона. Помимо всего прочего, это означает начало процесса регионализации прежде общебританских партий. Консерваторы популярны в Англии и становятся, как мы можем видеть из предложений кабинета, всё более проанглийской партией. Оппозиционные лейбористы, еще десятилетие назад доминировавшие в Шотландии и ныне вытесненные националистами, остаются единственной партией с претензией на общенациональность. Помимо Англии, у них хорошие позиции в Уэльсе.

Этот процесс только кажется безобидным, а на деле означает глубокую перестройку политической системы. Например, в свое время в Бельгии все общенациональные партии распались на фламандские и валлонские. В Канаде партии, доминирующие в Квебеке, не имеют влияния на остальной территории страны.

Если шотландцы всерьез обидятся на неполноправие своих депутатов в Вестминистере, это будет означать, что Британии придется провести еще один акт федерализации. Предложенная Кэмероном система «английские голоса для английских законов» — это попытки создать систему учета интересов регионов в нижней, общенациональной палате парламента. Что и вызывает противоречия. Между тем американцы давно придумали гораздо более удобную формулу учета региональных и общенациональных интересов. Имеется в виду двухпалатный конгресс, где сенат представляет интересы штатов (от каждого штата, вне зависимости от численности населения, два сенатора), а палата представителей — народ США в целом. Палаты конгресса равноправны, так что штаты могут заблокировать любую невыгодную им инициативу.

Англичане пока не могут пойти американским путем хотя бы с точки зрения престижа: какая-то Америка не может быть примером для Британии. Но с принятием плана «английские голоса для английских законов» идти по американскому пути, скорее всего, придется. Это значит, быть может, что однажды палата лордов станет аналогом американского сената.

Выбирая между федерализацией и распадом, Британия вынужденно выбирает федерализацию. Конечно, они никогда не признаются, что идут именно по этому пути, но план Кэмерона об этом свидетельствует. Фактически английские депутаты палаты общин будут играть роль парламента для Англии. От этой идеи и до настоящего английского парламента, существующего отдельно от британского, недалеко.

Короче говоря, Соединенное Королевство в том виде, каком мы его знаем, ждут большие перемены. Сохранение территориальной целостности страны будет зависеть от того, удастся ли британцам сохранить единую нацию или она распадется на несколько частей. В Канаде и в Бельгии удалось сохранить единое государство, но раскол нации произошел. Британская политическая элита обладает огромным опытом, она отбила угрозу немедленного отделения Шотландии. Но подлинное сражение за сохранение единства Британии еще только предстоит.

http://alex-leshy.livejournal.com/563415.html