«Большая игра» в силе?

Не происходит ли в Центральной Азии возвращение к жизни «Большой игры»? В пользу этого приводят доводы многие специалисты и журналисты, пишущие об этом регионе и его значении для всего мира. Действительно, после завершения холодной войны и появления на свет пяти республик Центральной Азии в большей части посвящённой региону аналитики эта тема является преобладающей.

Большая игра (англ. The Great Game, другое русское название Турниры теней) — империалистическое соперничество между Британской и Российской империями за господство в Центральной Азии (1813—1907).

Авторство термина «Большая игра» приписывают Артуру Конноли — офицеру британской секретной службы (был казнён в Бухаре 17 июня 1842). В широкий оборот он был введён британским писателем Редьярдом Киплингом в романе «Ким».

В своей основе, «Большая игра» была просто борьбой за власть, контроль над территорией и политическое доминирование, которая шла в XIX веке между Российской и Британской империями в Центральной Азии. Это состязание империй в манёвре и интриге прекратилось в 1907 году, когда оба государства были вынуждены сосредоточить свои ресурсы на более серьёзных угрозах. Британцам пришлось готовиться и принимать меры к сдерживанию возвышения в Европе напористой Германии, а у русских руки были связаны яростной борьбой с японцами в Маньчжурии.

Мотивы экспансии.

Российская империя мотивировала своё расширение на юг стремлением прекратить набеги местных народов на её владения, получить доступ к среднеазиатским товарам, в особенности к хлопку. Русский генерал-майор Лев Феофилович Костенко, участник Хивинского похода (1840), высказывался по этому поводу дипломатично:

"Не честолюбивые замыслы и никакие другие своекорыстные расчёты руководят Россией в её поступательном движении в Среднюю Азию, но исключительно только желание умиротворить тот край, дать толчок её производительным силам и открыть кратчайший путь для сбыта произведений Туркестана в европейскую часть России".

Британия же, сама крупнейший колонизатор, опасалась возможной потери Индии и усиления Российской империи на мировой арене в связи с вероятным её выходом к Индийскому океану через Персию и Афганистан путём захвата новых территорий; многовековая территориально-политическая экспансия России была тому реальным подтверждением.

Прошло два века, этих империй уже давно не существует, однако центрально-азиатский регион и по сей день остается важнейшим стратегическим объектом больших держав. И со временем количество игроков становится все больше.

Центрально-азиатский регион заслуживает особого внимания ввиду того, что он не только источник высоких прибылей и влияния, но и возможных угроз, как для региональной, так и для мировой безопасности. В регионе Центральной Азии сосредоточены национальные интересы многих государств, а их противоречия в значительной степени осложняют общую обстановку. Центрально-азиатский регион обладает серьезными запасами энергоносителей и других стратегически важных полезных ископаемых. Центральная Азия с древности была местом соприкосновения многих народов, взаимообмена культур и традиций. Веками сосуществовали, пропагандировались и распространялись разные религии.

Вокруг региона.

Данный регион, занимающий исключительное геополитическое положение, открылся для различных сил, которые раньше не могли реализовывать здесь свои интересы, ввиду существовавшей монополии на влияние Советского Союза. Центрально-азиатский регион на сегодняшний день представляет огромный интерес, как для региональных, так и для географически отдаленных от него стран. Развитие центрально-азиатских государств традиционно находилось в прямой зависимости от процессов международного взаимодействия в центре континента.

Этот регион, удаленный от береговой линии, рассматривается «большими» державами в качестве важного плацдарма для контроля как над Тихим океаном, где идет перегруппировка военных сил, так и над зоной Персидского залива, являющегося тем самым «горлышком», от которого зависят мировые поставки нефти. На карту в игре в этом регионе поставлены геополитическое могущество, доступ к потенциально огромным богатствам, достижение религиозных, национальных целей и безопасность в самых различных ее аспектах. Поэтому, на протяжении всего своего существования регион Центральной Азии так или иначе ощущал на себе влияние России, Китая, Европы, США, мусульманского мира.

Распад СССР и образование новых независимых государств закономерно привели к формированию кардинально новой геополитической ситуации в Центрально-азиатском регионе. Россия, после развала СССР, потеряла прежнее влияние над регионом, и последние годы активно старается это влияние вернуть.

Внутри региона

Кроме борьбы за влияние вокруг региона, существует также некое соперничество за лидерство внутри Центральной Азии. Отношения Узбекистана с Казахстаном еще с советских времен носили конкуренто-дружелюбный характер. Считалось, что по своему производственному потенциалу, территории, населению эти две советские республики доминируют в азиатской части Советского Союза, и отношения между ними являются важнейшим элементом политики Москвы в среднеазиатском регионе. Достаточно вспомнить хотя бы таких известных в советское время деятелей, как первый секретарь ЦК компартии Казахстана Динмухаммед Кунаев и первый секретарь ЦК компартии Узбекистана Шараф Рашидов.

Тогда соперничество выражалось в стремлении выставить именно свою республику в качестве самой передовой и успешной перед лицом общесоюзного центра. Нурсултан Назарбаев и Ислам Каримов вполне органично продолжили традицию такого соперничества, ведь оба начинали свою карьеру как первые секретари компартий своих республик. Когда эти деятели, каждый из которых вполне оправданно считал себя «сильным» руководителем, вокруг которого должны объединяться другие страны Центральной Азии, стали главами независимых государств, их борьба за региональное лидерство только усилилась. Киргизия и Таджикистан по ряду объективных причин – как политического, так и экономического характера, – вынуждены были довольствоваться ролью ведомых государств, ориентированных на более сильных соседей.

Только Туркменистан, обладающий огромными запасами природного газа, мог позволить себе равно дистанцироваться от главных региональных игроков, провозгласив политику «нейтралитета», фактически означавшую самоизоляцию страны под абсолютной властью «великого Туркменбаши». Именно Узбекистан и Казахстан являются геополитически наиболее значимыми странами Центральной Азии. При этом различным показателям присущи как положительные, так и отрицательные функции при характеристике конкретных государств. Так, и Казахстан, и Узбекистан обладают вполне самодостаточной территорией, что является существенным для определения геополитического веса страны. И Казахстан, и Узбекистан представляют собой государства, вызывающие огромный интерес мировых центров силы.

Казахстан – как лидер.

Для Центральной Азии государством, которое сохраняет свой вес и значимость здесь и сейчас, является Казахстан. Пытаясь понять, в чем Казахстан сильнее своих соседей, можно остановиться на пяти основных конкурентных преимуществах, который выделил Виталий Мосалёв на сайте islam-ca.com. Во-первых, это географическое положение. Все региональные блоки политического, экономического и любого другого характера прокитайского, пророссийского или любого другого, не имеют особой значимости, если в них не присутствует Казахстан. Являясь коридором между различными региональными группами и мировыми игроками, Казахстан соединил на своей территории множество транспортных узлов. Это позволяет ему в прямом и переносном смысле оставаться всегда «в центре событий», если речь касается Центральной Азии.

Во-вторых, наличие относительно стабильной политической системы и баланса интересов между элитными группами. Конечно, специфика всех, за исключением Киргизии, центрально-азиатских республик заключается в наличии сильного политического лидера, и Казахстан в этом плане не исключение. Но вот баланс интересов между различными политически оформленными группами здесь достигнут куда более четкий, нежели у соседей Казахстана. Наличие латентного конфликта поколений внутри политической элиты, конечно, сказывается на ее стабильности в целом, но при этом нельзя сказать, что эта проблема может вызвать кризис политической системы. В-третьих, инициативный подход руководства Казахстана.

Много уже говорилось и писалось об инициативности президента Казахстана, и при этом нельзя говорить о том, что эти инициативы пропадали в коридорах переговорных. В-четвертых, это удобная позиция Казахстана в мировом разделении труда и экономической сфере. Являясь по сути сырьевом экспортером, Казахстан, тем не менее, не на словах, а на деле развивает собственную промышленность не только в нефтегазовом секторе. А политическая позиция, которая не входит в острое противоречие с интересами России, оставляет для Казахстана даже на жестком рынке углеводородов открытыми все двери в любой момент времени.

В этом отношении поведение Туркменистана и особенно Узбекистана вряд ли можно назвать стратегическим. Наконец, в-пятых, несмотря на значительный отток русских из страны, он не имел столь массового характера, как в других странах Центральной Азии, что обеспечило РК мягкую посадку в рыночной экономике. Что же означают все эти плюсы Казахстана в среднесрочной политической перспективе? Ответ прост и сложен одновременно. В настоящее время необходимо понимать, что именно Казахстан будет являться ключевым региональным игроком в Центральной Азии, и его ресурсы смогут сыграть решающую роль на конкретном участке политического поля в регионе.

Туманное будущее.

В условиях активизации ведущих мировых держав в Центральной Азии, странам региона приходится делать непростой выбор, с кем и в каких сферах сотрудничать. От этого во многом будет зависеть не только будущее самих стран, но и обстановка в регионе и их взаимоотношения друг с другом. И роль Казахстана, как одного из лидеров региона, здесь играет и будет играть важнейшую роль. И поэтому, в этой новой «большой игре», нашему государству пора становиться если не значительным, то хотя бы тем государством, к мнению которого прислушивалось бы мировое сообщество.

Новая Большая игра в Центральной Азии.

Сегодня, вторжение США в Афганистан и открытие военных баз в Центральной Азии, а также китайская экономическая экспансия в регионе убедили экспертов в том, что новая «Большая игра» уже идёт. О том, что «в регионе бушует» «Большая игра», пишет немецкий журналист Лутц Клевеман. Цитируя бывшего министра энергетики и посла США в ООН в годы Клинтона Билла Ричардсона, Клевеман обращает внимание на то, что США принимают участие в центральноазиатских делах не только ради победы над Аль-Каидой, но ещё и затем, чтобы «диверсифицировать свои источники нефти и газа, а также не допустить стратегических посягательств со стороны тех, кто не разделяет их ценностей».

Профессор Университета Джона Хопкинса Никлас Сванстром приходит к тому же выводу и в своей статье «Китай и Центральная Азия: новая Большая игра или традиционные вассальные отношения?» доказывает, что США и Китай втянулись в геоэкономическое соперничество из-за природных ресурсов Центральной Азии. По его словам, «ситуация в Центральной Азии, кажется, развивается в направлении новой версии Большой Игры».

Вопреки общепринятому мнению, цель Китая в Центральной Азии не в том, чтобы вступить в игру с другими региональными державами, а в том, чтобы заручиться поддержкой «стран региона в подавлении антипекинского движения уйгурских националистов», а также в создании условий для инвестиций китайских фирм в энергоресурсы Центральной Азии. Природа щедро одарила центральноазиатские государства запасами нефти и природного газа, и Китай, будучи динамичной экономической державой и вторым по величине потребителем энергии, явно заинтересован в повышении степени своего присутствия в регионе.

Усилия Китая по строительству автотрасс, совершенствованию инфраструктуры и железнодорожных путей свидетельствуют о росте вовлечённости страны в дела Центральной Азии. По мере развития связей Китая с центральноазиатскими республиками «его отношения с крупными державами, а именно с США и Россией, могут пострадать», утверждает специалист по региону Кевин Шивс.

Пока такой разворот в стратегии был бы для Китая преждевременным. В настоящий момент Китай сталкивается с множеством внутренних проблем. Например, ему приходится заниматься Тибетом, Синьцзяном и прочими полуавтономными регионами с сепаратистскими настроениями и стремлением к независимости. Наивысшими приоритетами Китая в Центральной Азии должны быть обеспечение безопасности, поддержание региональной стабильности, усмирение уйгурских сепаратистов в Синьцзяне и укрепление экономических связей в регионе.

Для удовлетворения потребностей своего 1,4-миллиардного населения Китай должен вести непрерывный поиск ресурсов по всему миру. Китайские корпорации и государственные компании участвуют в экономической жизни пяти республик Центральной Азии, обладающих огромными запасами природного газа и нефти: Казахстане, Кыргызстане, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане. С учётом живого интереса Китая к вопросам безопасности, а также его энергетических потребностей, в долгосрочной перспективе его взаимодействие со странами Центральной Азии коренным образом расширится.

Центральноазиатские государства тоже приветствуют растущую экспансию Китая, так как они пытаются разрушить монополию Россию над транспортными маршрутами. Даже после основания в 2001 году Шанхайской организации сотрудничества Китай не прекращал работу над прокладкой нового Шёлкового пути, призванного соединить Центральную Азию и остальной мир со своим северо-западным Синьцзян-Уйгурским автономным районом. Возвращение Серединного Царства в Центральную Азию должно по всей вероятности произвести изменения в геополитической конфигурации региона – хотелось бы надеяться, что к лучшему.

Центрально-азиатский регион и по сей день остается важнейшим стратегическим объектом больших держав. И со временем количество игроков становится все больше.

Изучая вопрос возможных событий как в этом регионе, так и во всём мире я стал изучать этот вопрос и возможные альянсы как сторонников России, так и врагов.

В последнее десятилетие мир начал уделять больше внимания Средней Азии. Для Соединенных Штатов и их союзников этот регион является чем-то вроде транспортного узла – причем, весьма ценного – для военных поставок в охваченный войной Афганистан. Для России он представляет собой зону политического влияния, Китай же считает его источником энергоносителей и очень важным партнером для стабилизации и развития беспокойной провинции Синьцзян, расположенной на западе Срединного царства. Некоторые обозреватели рассматривают усиление активности США, России и Китая в регионе, как некую современную разновидность так называемой «большой игры» [империалистическое соперничество между Британской и Российской империями за господство в Центральной Азии (1813—1907)].

Однако в отличие от эпохи состязания между Британской и Российской империями и связанных с ним завоеваний, сегодня правительства стран Средней Азии используют возобновление интереса к ним в собственных интересах, решительно отвергая все требования, которые считают деструктивными для своих режимов, и укрепляя свою власть и влияние дома. Соответственно, ситуация, имеющая место в регионе, не является возвратом к прошлому, а представляет собой некий признак, указывающий на будущие тенденции – появление новых игроков на мировой арене и закат западного влияния в мире, который становится многополярным.

Каковы же альянсы в этой "Большой игре"?

Профессор Высшей военно-морской школы США и один из авторов концепции сетевых войн Джон Аркилла в недавнем выпуске издания «Foreign Policy» назвал свою статью до удивления откровенно: «Да, Россия - это наш главный геополитический враг»" (Yes, Russia Is Our Top Geopolitical Foe). Хотя публикация была, в основном, посвящена оправданию резкого высказывания Мита Ромни в адрес России и общим положениям геополитического противоборства сил суши и сил моря, уходящим корнями еще в XIX век, стоит задуматься о возможных геополитических катаклизмах и роли внешних сил в новой Большой Игре.

Если страны-соседи на Востоке - Украина и Беларусь - являются для нас, в принципе, хорошо понятными игроками, то ситуация в странах Центральной Азии более сложная.

В целом можно сказать, что 2012 год стал переломным в процессе переформатирования стратегического ландшафта Азии.
И хотя основные события разворачиваются в юго-восточной части континента, перемены неминуемо затронут и Центральную Азию. США продолжают рассматривать этот удаленный от береговой линии регион в качестве важного плацдарма для контроля как над Тихим океаном, где идет перегруппировка военных сил, так и над зоной Персидского залива, являющегося тем самым «горлышком», от которого зависят мировые поставки нефти.

В процессе поисков ответов о «Большой Игре» и альянсах в этой игре, я нашёл очень интересное мнение chipstone -Неожиданные альянсы Большой Игры. Часть 1, который обсасывал ее с разных сторон и долго сомневался, стоит ли описывать подобный вариант. Он спорен и более, чем удивителен. Однако, есть факты, говорящие если не в его пользу, то, как минимум, указывающие на его вероятность. А потому он все же, не будучи уверенным в его жизнеспособности и адекватности, решился на его описание.Изучив очень внимательно этот вопрос я могу сказать, что эта версия очень реальна и поэтому я соизволю её озвучить здесь полностью.

Так что, как говорится, не судите строго. Ну а речь, как многие поняли из термина «Большая Игра» пойдет о возможных геополитических альянсах перед финальной стадией Игры.

Сразу оговорюсь, что на таком уровне отношений и противостоящих друг другу сил и интересов, понятие друзей и союзников нет и быть не может. Договоренности и альянсы возникают и рушатся каждый момент, реагируя на любые изменения мировой конфигурации Сил. А потому возможны на какое-то время даже самые невероятные на первый взгляд союзы. Такие, как между сатанистами Рокфеллерами и Ватиканом. Что не сделаешь, оказавшись перед угрозой гибели? А потому прошу считать все нижеследующее не более, чем предположением.

Когда не так давно было объявлено о появлении стратегического альянса между Рокфеллерами и Ротшильдами, то по этому поводу было высказано множество различных, зачастую диаметрально противоположных предположений. Для того, чтобы было понятнее дальнейшее, я вкратце их перечислю:

  • Мое предположение заключалось в том, что оба Игрока (Рокфеллеры и Ротшильды) столкнулись с ситуацией настолько сильного противодействия своим планам, что пришли к пониманию постепенной потере контроля за ситуацией, действую по одиночке, да еще и активно конфликтуя друг с другом. Объединение позволяет им усилить и сбалансировать свое положение в Большой Игре.
  • Альтернативное мнение было высказано Андреем Девятовым в статье «Уши сущности и Вторая волна кризиса». В ней автор относит цели альянса двух кланов к необходимости консолидации в борьбе против Ватикана.

Обе последние статьи отмечают, что Рокфеллеры вынужденно пошли на эту сделку, которая означает признание слабости собственных позиций и невозможность продолжать «Игру» в одиночку. Хотя Павленко указывает на тот факт, что даже образование вынужденного для себя Альянса Рокфеллеры не рассматривают как капитуляцию и, проиграв на финансовом фронте, продолжают контригру на политическом.

Учитывая, что никто из авторов (и я в том числе) не может залезть в головы Игрокам, да и явно не обладает всей полнотой информации, рискну предположить, что определенная доля Истины может содержаться во всех статьях.

Из того, что не указывал в своей статье я, надо выделить два новых фактора: Слабость Рокфеллеров и Ватикан. Начнем со второго.

Ватикан изначально являлся органичной частью единого проекта «СИОН». То, как я понимаю начало этого процесса и возникший в последствие конфликт, приведший к расколу, я описывал в своей серии «Виртуальная история цивилизации». Сейчас в этом для нас главное то, что Ватикан до сих пор есть, до сих пор имеет, как минимум, широкую автономию в рамках проекта, а то и вообще вышел за его рамки. Помимо этого Ватикан обладает достаточным геополитическим влиянием и многочисленными инструментами для подтверждения этого влияния.

Всемирную разведывательную сеть Ватикана образует орден иезуитов, официально представленный в 112 странах мира. В лице банка Ватикана последний имеет фактически независимую финансовую систему, способную функционировать практически по всему миру как альтернатива банковской системы, созданной Ротшильдами и другими «старшими» кланами проекта. Не случайно в последнее время вокруг Банка Ватикана было немало скандалов, связанных с «отмыванием» денег, а недавно свой пост был вынужден покинуть его Глава. Конкурента надо давить.

Сформулируем вкратце основные направления конфликта по линии Ротшильды (мы помним, что под этим именем имеем в виду не семью, а весь возглавляемый ими клан «банкиров») – Ватикан:
Ватикан вышел из послушания в момент согласия на разгром ордена тамплиеров, отвечавшего в то время за функционирование финансовой системы проекта;

Ротшильды вывели из-под власти Ватикана Британию и часть Европы, создав альтернативное католичеству Протестантство, а затем и значительно ограничив власть Ватикана в США.

Ротшильды претендуют на мировое господство (победу в Большой Игре), что до тех пор, пока Ватикан сохраняет геополитическое влияние, невозможно. А влияние Ватикана распространяется куда дальше, чем хотелось бы оппонентам. Это практически большая часть Европы, это Мексика и вся Латинская Америка, это часть Азии.

Ротшильды претендуют на полный контроль как нынешней, так и будущей (постапокалиптической) финансовой системы. Для этого они контролируют практически все трансграничные финансовые перечисления в банковской сфере, они контролируют большую часть мирового золотого запаса, они контролируют процесс эмиссии конвертируемых валют, они контролирую долговой рынок. Однако, Ватикан в своем сегодняшнем виде за счет разветвленной мировой сети «приходов» в состоянии составить Ротшильдам достойную альтернативу.

Причем, в случае обвала современной «виртуальной» системы и возврата к золотому стандарту, именно Ватикан способен захватить лидерство. На сегодняшний день более разветвленной сети, которая может обеспечивать прием-выдачу золота для расчетов и при этом гарантировать надежность и конфиденциальность, просто не существует. И не будет существовать еще долго. А сам Ватикан при всей закрытости информации обладает одним из наиболее существенных золотых запасов в мире.

При всем могуществе современной пропаганды, которая за вторую половину 20-го и начало 21-го века умудрилась превратить множество гордых и самостоятельных народов в атомизированное безнравственное быдло, религия все еще остается одним из главных идеологических инструментов воздействия на людей. И одно слово на воскресной проповеди зачастую значит намного больше, чем длинное ток-шоу по телевизору. А потому для полного зомбирования населения не должно остаться сторонних, тем более столь серьезных методов воздействия на сознание людей.

Возможно, это не все мотивы, и есть еще множество более скрытых от глаз стороннего наблюдателя. Однако и перечисленного более, чем достаточно для понимания, что «Боливар не выдержит двоих». Кроме того, надо учитывать и тот факт, что время, отпущенное для функционирования умирающей системы, выстроенной вокруг господства доллара и военной мощи США стремительно тает. А ноябрьские выборы в США с крайне низкими шансами Обамы на переизбрание способны вообще отнять у «банкиров» значительную долю влияния на мировую ситуацию.

В случае потери власти  в США у них остается только один вид ресурса – золото, что без силового прикрытия, крайне ненадежные карты для торговли в столь серьезной Игре. А потому все последние месяцы Ватикан испытывает огромное давление, осуществляемое по всем возможным каналам. Ближайшая цель «банкиров» заставить Папу отречься и постараться продвинуть на Престол своего ставленника.

Стоит ли удивляться тому, что (возможно) загнанный в угол клан Рокфеллеров пытается обрести в Ватикане союзника?

Тем более, что такой альянс выгоден и Ватикану в том числе. У Ватикана по сути есть одна серьезная слабость на грани полной уязвимости. Это вертикально выстроенная пирамида с одним мировым центром. Уничтожение (в физическом смысле) этого центра сделает всю систему едва ли дееспособной. По крайней мере на длительное время.

В этом плане Рокфеллеры, в значительной части контролирующие силовые структуры США, вполне способны предложить Ватикану то, в чем он нуждается – силовую защиту.

К сожалению, поскольку информации, а тем более достоверной, наружу прорывается самый минимум, нам очень трудно оценивать прочность предполагаемого союза Рокфеллеры – Ватикан. Известно лишь то, что Киссинджер, являющийся одним из главных стратегов Рокфеллеров с конца 2006-го является советником Папы Римского, а в январе посетил Москву в качестве его личного посланника.

И вот здесь возникает на горизонте третий потенциальный участник «антиротшильдовского» альянса - Россия.

Что касается союза России и Рокфеллеров, мне уже приходилось об этом писать неоднократно. Основные причины  заключаются в том, что для стимулирования развития и выхода из затяжного кризиса и России, и США нужно одно и то же. Наличие достойного уважаемого врага, какими обе страны были в эпоху СССР. Врага, с которым можно сохранять строго выверенный градус напряженности в отношениях, не переступая определенной черты. Тем более,  что третий полюс - Китай, который отсутствовал в таковом качестве 20-30 лет назад, вполне способен придать всей конструкции мироустройства необходимую стабильность. А самое главное, что сближает наши позиции – никому не нужен неуправляемый хаос.

Свой выбор в пользу союза с Рокфеллерами Россия подчеркнула сразу по нескольким направлениям:

  • Организация совместного предприятия «Роснефть – Эксон», причем, после длительного этапа переговоров с Ротшильдовской БиПи. Немаловажной особенностью этого проекта является тот факт, что в обмен на доступ компании Рокфеллеров на наш Северный шельф, Роснефть получает доли в проектах Рокфеллеров на территории Северной Америки. То есть мы вправе говорить о стратегическом и долгосрочном характере альянса.
  • Показательным невниманием Путина к нынешней администрации в США. Это невнимание практически открытым текстом говорит о том, что Путин НЕ рассматривает Обаму в качестве своего долгосрочного партнера-оппонента.
  • Планомерное сокращение российских финансовых вложений в ценные бумаги США.

Но помимо связи Россия – Рокфеллеры прослеживается и прямая связь Россия – Ватикан. Во-первых, за это говорит тот уже указанный выше факт, что Киссинджер прибыл в январе в Россию не просто так, а в качестве личного посланника Папы. Во-вторых, практически сразу после этого визита спецслужбы России получили информацию, что из-за границы (причем, из Лондона) поступила крупная сумма денег в оплату «заказа» на РПЦ. Сам «заказ» активно исполнялся весной в течение двух месяцев. Все мы были тому свидетели.

Так что такого важного мог привезти с собой «старина Генри», что после этого сразу же потребовался удар по Русской Православной Церкви. Я далек от мысли считать нашего Патриарха святым, достойным канонизации, однако, его усилиями делается много такого, что идет на благо Церкви и усиление ее позиций в мире. Объединение с Русской Зарубежной Церковью, частичное преодоление церковного раскола на Украине, переговоры по сближению позиций РПЦ и Староверческой Церковью, должные также завершиться объединением – все это призвано сделать РПЦ влиятельной силой не только в России или на пространстве бывшего СССР, но и во всем мире. Так, например, влияние Российской Зарубежной Церкви заметно в Европе и США. Много приходов Русской староверческой Церкви находятся в Южной Америке.

Объединение Церквей делает РПЦ Силой геополитического масштаба, хоть и не сравнимого с Ватиканом, но почти соразмерного. А принятое недавно решение о сестринском статусе католической и протестантской Церквей с возможностью без обряда перекрещения переходить из них в Православие, а для служителей даже с сохранением сана, вообще трудно переоценить. Причем, это решение бьет в первую очередь именно по протестантизму. Не так давно протестантские Иерархи под давлением «банкиров» вынуждены были принять ряд решений, вызвавших ропот и негодование среди верующих и все еще сохраняющих здравомыслие и нравственную основу людей. Это запрет на публичное ношение креста, как символа Веры, это легализация гомосексуальных браков.

Все это накладывается на совсем уже идиотские законы о запрете на названия «отец» и «мать». В результате принятого РПЦ решения уже начался переход верующих в Православие. Свою часть паствы получает из протестантизма и Ватикан. Фактически частично союз РПЦ и Ватикана можно объяснить именно этим. Но здесь возникает естественный вопрос. Все, допустим, верно, но зачем Ватикану РПЦ? Что она может привнести с собой такого, что Ватикан не имеет сам по себе?

Здесь мы вынуждены несколько уклониться в мистику. Известно, что Ватикан всегда очень внимательно относился к различным пророчествам и предсказаниям. В частности всемирно известны пророчества Фатимы, сделанные в 1917-м году. В местечке Фатима (Испания) троим детям явился Образ Богородицы, предсказавший возрождение и укрепление Веры через Россию:

Через преображенную Россию, посвященную святому, прободенному Сердцу Божией Матери, и через него - Господу; через Россию - державу мира и небесной любви, утвердившуюся силою Животворящего Креста, просиявшего с Соловецкой горы, где была принесена великая жертва святых мучеников о спасении Святой Руси и всего мира, - совершится обращение человечества ко Господу нашему Иисусу Христу, великая победа над вавилонской блудницей и апокалипсическим красным драконом. В мире, преображенном благодатью Креста, на Новой земле и Новом небе, уже воочию воцарится Господь и Его Державная Мать, Царица неба и земли, стоящая во главе великого собора всех святых, от века просиявших.

А вот насчет Рима в пророчестве (особенно в его третьей части, долгое время скрывавшейся Ватиканом в тайне) сказано куда более мрачно:

Римская церковь будет уничтожена. Кардиналы восстанут на кардиналов, а епископы – на епископов. Сатана войдёт в них, и будут великие изменения в Риме. Церковь покроется мраком, а мир содрогнётся от страха. На руинах Римской церкви возникнет духовная церковь, которая будет существовать до конца мира.

Не знаю, как Вам, а по мне так более, чем серьезная причина для Ватикана искать сохранение Церкви через союз с Россией. Что Ватикан и делает на протяжении всех последних 20-ти лет. Делает мягко, ни на чем не настаивая, довольствуясь теми контактами, что предлагает Москва, возвращая периодически православные святыни, попавшие ранее в Ватикан. И, тем не менее, всячески педалируя контакты и сближение Церквей.

В принципе, в этом не ничего удивительного. В мире, готовом расколоться на части, в котором вот-вот восторжествует Антихрист, стремление всех сил этому противостоящих к объединению вполне естественно. Кстати, в этой связи рекомендую обратить внимание на слова об апокалиптическом красном драконе в первой цитате. И взглянуть на герб Ротшильдов, на котором вы этого дракона без труда найдете.

Кроме сказанного, могу заметить, что для Ватикана интересна и силовая защита со стороны России, поскольку двойственное положение США не может дать таковых гарантий.

Насколько все высказанные мной предположения оправданы, не знаю. Это, наверное, всего лишь вероятность, проявляемая в некоторых фактах. И тем не менее, вполне достаточная, чтобы иметь ее в виду, наблюдая внимательно за развитием ситуации в мире.

http://telemax-spb.livejournal.com/204550.html

http://telemax-spb.livejournal.com/204863.html

http://telemax-spb.livejournal.com/205121.html