Когда в западных медиа причиной албанского восстания в Косово и Метохии называют репрессии органов государственной безопасности Сербии, то обходят стороной точно такое же восстание албанцев в Македонии, где столкновение интересов было еще более сложное, чем в Косово.

Причем, традиционно, македонцы поделены здесь на сторонников независимости и сторонников объединения с Болгарией.

Исторический экскурс

Разумеется, нельзя отрицать этнических и культурных особеностей Македонии, однако этот регион носивший также название «Старая Сербия» был населен сербами согласно всеи историческим документам. Правда часть Македонии к 19-му веку был заселена болгарами, и, не касаясь вопроса о том к какому славянскому народу принадлежало население нынешней Болгарии до появления там тюркскх племен булгар, все же сами болгары населявшие восточную часть Македонии  македонцами  также не являлись.

Согласно ряду сербских историков, например Милошу Милоевичу и Ольге Лукович-Пьянович, полученная после Второй Балканской войны Грецией территория Эгейской Македонии исторически представляла собой не просто Македонию но являлась частью сербских земель.

Македония - национальный состав

Македония - национальный состав

Сама суть существующего десятками лет конфликта между греками и македонцами, обусловлена тем, что Греция установила свою власть над районом Северного Эпира где автохоннным было славянское население и хотя власти Греции и достаточно успешно его «эллинизируют», факт того,  что население Эгейской Македонии  яляется славянским, вряд ли кто будет отрицать.

Сама македонская нация была создана как раз в ходе процесса насильственной «болгаризации» сербского населения Македонии, проходившей во второй половине 19-го - первой половине 20-го веков. Тогда в самой Македонии никаких македонцев не было, были либо болгары либо сербы.

История «болгаризации» сербов Македонии может быть прослежена через историю жизни и деятельности сербского четнического воеводы Мичко Крстича (1855-1908 гг.) из района Поречья, который располагается на территории районов  нынешних Македонского Брода и Прилепа в центральной Македонии.

Согласно изданной в 1930 году в Скопье книге «Воевода Мичко - жизнь и деятельность»,  написанной его сподвижником Коджей  [1] после сербско-турецкой войны (1876-77 гг.), в которой воевода Мичко Крстович принял участие как доброволец, восстания сербов против турок начались и в Македонии, в чем важную роль сыграли те сербы, что сражались в рядах сербской армии против турок. В ходе русско-турецкой войны (1877-78) сербское восстание, при поддержке Сербии охватило целую Кумановскую область, а затем в 1880 году началось и в районах Кичево и Пореча под руководством Ивана Делии, Мичко Крстича, Ристо Костадиновича и Анжелко Танасовича.

После подавления востания в Порече и в Кичево в 1882 году Турция решила как меньшее зло разрешить расширение болгарских школ из областей Битоля, Костура и Лериня в области Кичево, Прилепа, Велеша и Скопья. Возникшее при поддержке из Софии болгарское политическое движение имело собственное военное крыло - комитов, которые помимо нападений на турок, силой устанавливали свою власть на сербских территориях. После поражения армии Сербии во время сербско-болгарской войны 1885 года,  правительство созданной Болгарии сумело поставить под свое влияние значительную часть антитурецкого движения в Македонии. В Фессалониках в 1894 году был создан Болгарский центральный революционный комитет, организовавший в 1895 году при поддержке правительства Болгарии налет четырех отрядов комитов под командой болгарских офицеров на турок в Македонии.

Используя греко-турецкую войну 1897 года, болгарский князь Фердинанд, смог согласно книге «Воевода Мичко - жизнь и деятельность», получить от султана Абдул-Хамида  под юрисдикцию Болгарской православной церкви две сербские епархии в Македонии - Струмицу и Дебар.

После подавления турками болгарского восстания в Западной Македонии в 1903 году, правительство Болгарии развернуло культурно-политическую компанию по ассимиляции сербов и греков находившейся под турецкой властью Македонии, прибегнув силами своих «комитских» организаций к террору против всех тех сербов и греков, кто этой ассимиляции сопротивлялся. В ответ Сербия силами созданной тогда четнической организации организовала сербское восстание в районе Прилепа, во главе которого в апреле 1904 года встал выпущенный из турецкой тюрьмы воевода Мичко Крстич. Последний в октябре 1904 года в сражении на Мовнатце разбил болгарских комитов Дамьяна Груева.

Болгары однако сумели реорганизоваться и в 1905 году была  создана политическая организация ВМОРО (Вътрешна македонско-одринска революционна организация) имевшая свое военное крыло, тогда как сербы в Македонии своей единой организации не имели.

После революции «младотурок» в 1908 году нападения на турок сербских четников и болгарских комитов в Македонии практически прекратились, однако взаимная сербско-болгарская ненависть только росла что и привело к началу Второй балканской войны 1913 года, в которой Болгарии потерпела поражение, потеряв всю Македонию.

Вместе с тем включение всей Македонии, с ее традиционно болгарскими краями на востоке, в состав Сербии не привело к ее умиротворению и уже после окончания Первой Мировой войны Македония стала полем действий созданной в 1919 году в Софии ВМРО (Вътрешната македонска революционна организация), поднявшей в 1921 году восстания как в Королевстве Сербов, Хорватов и Словенцев - в Вардарской Македонии, так и в королевстве Греция в Эгейской Македонии.

В 1925 году новое руководство ВМРО во главе с Иваном Михайловым при поддержке армии Болгарии создала четнические силы численностью в полтора десятка тысяч человек и развернула партизанскую войну в Македонии как на сербской так и на греческой стороне.

ВМРО осуществляла полномасштабные  вооруженные нападения на органы королевской власти и сербских колонистов в Македонии, в чем имели поддержку как отрядов албанских качаков (разбойников) так и югославских коммунистов.

Компания вооруженной борьбы ВМРО увенчалась убийством сербского короля Александра совершенной совместными силами ВМРО и хорватских усташей в Марселе  во Франции в 1934 году.

Так как главным врагом коммунистической партии Югославии был провозглашен сербский национализм и королевская власть, то неудивительно, что с  установлением коммунистической власти в Македонии здесь стала проводиться политика насильственной ассимиляции сербов силами партийных и государственных чиновников тогдашней Социалистической Республики Македония при полном попустительстве официального Белграда.

Социалистическая Македония  с самого своего основания находилась вне влияния Белграда и  - согласно книге «Уничтожение сербства в ХХ-м веке - идеологическое употребление истории» академика Веселина Джуретича [2] -  так называемого АВНОЮ (АВНОЈ) - Антифашистского веча народного освобождения Югославии - созданного коммунистической партией Югославии - «народного парламента», было принято  решение о том, что целый край вокруг города Дебар будет включен в состав Социалистической Республики Македония, хотя согласно приведенным также Джуретичем данным Дебарско-велешской епархии [3], еще в 1908 году этот край был почти полностью сербский и в нем жило 24585 сербов и находилось 64 православные церкви и один монастырь.

В годы СФРЮ сербский идентитет был достаточно успешно выкорчеван у большой части былых сербов Македонии, которые стали считать себя македонцами как и та часть македонцев, которая традиционно в Болгарии считалась болгарами, но в условиях СВФЮ была идентифицирована властями как македонцы.

Албанцы в Македонии

Однако в своей борьбе против сербского национализма руководство тогдашней Македонии ослабило внимание к албанцам составлявших в годы СФРЮ до четверти населения Македонии, тем более что некоторые албанцы в ходе переписи были заявлены как турки и как пишет Миролюб Евтич в своей книге «Шиптары и ислам» среди жителей тогдашней республики Македония заявивших, что их национальность турецкая, у 17,5% родной язык тем не менее оказался албанским.

Сам подсчет численности албанцев был достаточно затруднен в силу того, что большая их масса фактически саботировала деятельность государственных органов. А последние особо и не настаивали на проведении государственных законов в албанских селах, боясь обвинений в «фашизме», ибо в СФРЮ идея «антифашизма» была официальной идеологической линией и любые действия, расходящиеся с идеей «братства и единства» югославских народов, могли быть квалифицированны как фашизм.

Между тем в отличие от сербов, албанцы в социалистической Македонии по отношению к македонцам придерживались достаточно жесткой сегрегации. Показательно было и то, что в городах и деревнях сохранялась религиозная и этническая сегрегация. Даже  в столице Скопье на левом берегу Вардара уже в 80-х годах, согласно книге «Шиптари и ислам» Миролюба Евтича доминировали мусульмане в структуре населения, ну основную массу среди мусульман Македонии, помимо достаточно тогда лояльных государству этнических турок, мусульман-македонцев и цыган, составляли албанцы. Хотя в соседней Албании среди албанцев был значительный процент православных и католиков, в Македонии подавляющую массу албанцев, составляли мусульмане.

К тому же  согласно книге Миролюба Евтича «Шиптари и ислам» после победы коммунистов в Албании, дервишский орден бекташей из Албании перебрался в тогдашнюю югославскую республику Македония где вполне благополучно продолжил свое существование. Бекташи хотя и представляли достаточно особое течение в суннитском исламе, часто расходившееся с традиционным исламом, как пишет Миролюб Евтич в Албании традиционно являлись источником идей о национальном единстве всех албанцев. В условиях Македонии, где в отличии от Албании, практически все албанцы были мусульмане, идеи бекташей, тем самым, стали подпитывать идею исключительности албанцев по отношению как к сербам так и к македонцам.

К концу 80-х годов албанцы составляли большинство в македонских общинах Тетово, Гостивар, Дебар и Струга, тогда как в Кичево и Куманово они составляли треть населения, а в Скопье пятую часть. В силу начавшейся в соседнем Косово и Метохии компании гражданского неповиновения албанцев, начавшейся с беспорядков устроенных албанскими студентами Приштинского университета в 1981 году и сопровождавшимися нападениями на сербов, возможность такого сценария должно было бы предвидеть и руководство Социалистической Республики Македония. На практике этого не произошло и как партийные, так и государственные органы здесь до распада СФРЮ продолжали уверять общество в незыблемости идей социализма и «братства и единства».

Так как сербский национализм продолжал оставаться главным противником югославских коммунистов вплоть до распада СФРЮ, то закономерно, что никакой «сербской агрессии» на Македонию не произошло. После прошедшего 8-го сентября 1991 года референдума о независимости Македонии, на котором большинство населения Македонии проголосовало за независимость, Югославская Народная Армия ушла из республики без единого выстрела, что само по себе доказывает отсутствие у тогдашних  югославских властей серьезных планов создания «Великой Сербии», карты которой печатали и сербская оппозиция и западные средства массовой информации.

В силу этого в  Македонии не появилось ни одной влиятельной сербской политической организации, несмотря на наличие значительного числа сербского населения в районе Куманово и Скопской Черногории, где самым большим сербским населенным пунктом было село Кучевишты.

Между тем, как и в остальной СФРЮ первые партии появились в Македонии еще в 1990 году. На этих выборах  националистическая македонская пария ВМРО-ДПМНЕ(Внатрешна македонска револуционерна организација - Демократска партија за македонско национално единство) получила 38 мест в парламенте, албанская ПДП 23места, тогда как бывший Союз коммунистов позднее преобразованный в СДСМ (Социјалдемократскиот сојуз на Македонија) получил 32 места, потерпев тем самым поражение.

Политика созданного в годы СФРЮ македонского национализма привела и к созданию Македонской православной церкви. Эта церковь возникла  по воле македонских властей и решение о ее создании было совершено неканоническое и как Сербская православная церковь, так и все остальные православные церкви, его не признали.

Помимо этого, свою лепту в церковный раскол  внёс и Ватикан, требовавший от непризнанной Македонской православной церкви  принятия унии с католиками.

Вместе с тем, нивелирование сербского влияния и  победа македонских националистов уже  не могли быть использованы Болгарией, вставшей к тому времени на путь «евроатлантической интеграции» и тем самым на присоединение Македонии она не могла решится. В силу незаинтересованности официального Белграда в судьбе Македонии влияние официальной Софии на судьбу Македонии значительно выросло. Впрочем, на судьбу Македонии влияние оказывала и соседняя Греция, которая из-за принадлежавшей ей Эгейской Македонии оспаривала у получившей независимость Македонии право на ее название, поэтому до сих пор, официально на английском название Македонии звучит как The Former Yugoslav Republic of Macedonia. Что впрочем не восприпятствовало притоку греческого капитала в экономику Македонии.

Значительное влияние на Македонию оказывала также Турция, пытавшаяся сыграть на греко-македонских  противоречиях. Помимо Турции и другие страны исламского мира проявляли определенную заинтересованность в событиях в бывшей Югославии, а тем самым и в Македонии. Так еще Любомир Фырковский, бывший министр МВД в правительстве бывшего коммунистического лидера Македонии Киры Глигорова, ставшего в 1992 году президентом, заявлял об активности в Македонии разведок Саудовской Аравии и Ирана. Македония для различных иностранных спецслужб  являлась  куда более легкой добычей, чем Сербия, и не случайно именно в Македонию перебросился в 2001 году пожар войны из Косово.

Первые столкновения с албанцами после обретения независимости

Этот пожар вопреки ныне усвоенному мнению не предотвратило то, что Македония после получения независимости полным ходом двинулась к членству в НАТО и ЕС. При этом, сразу после получения ею независимости  под предлогом защиты от сербской агрессии в Македонии  появилась тысяча американских и скандинавских солдат в составе миротворческого контингента ООН, которые получили для своих нужд военный полигон ЮНА - Криволак и аэродром Петровац.

Правда, каким образом тогда американцы представляли себе будущее Македонии, было понятно по их  планам объединения Албании и Македонии, тогда как македонцы не знали, как избавиться и от собственных албанцев, которые здесь так же, как и на Косово образовали собственную нелегальную власть.

Уже 11-го января 1992 года албанцы на западе Македонии провели референдум об автономии, признанный властями  Македонии нелегальным и 31го марта 1992 в Скопье прошли массовые демонстрации албанцев с требованием автономии. В следующих беспорядках прошедших в Скопье 6го ноября 1992 года уже пролилась кровь, и четверо албанцев было убито, а 36 ранено.

Македония в 90-е годы в силу все большего ослабления государственного аппарата, стала неуклонно двигаться к гражданской войне и, в данном случае, важ ную роль сыграло то, что албанские политические партии, используя страх Киры Глигорова потерять власть, стали вырывать у него одну уступку за другой, получая поддержку в этом американской дипломатии.

Американская поддержка была обусловлена во многом влиянием албанского лобби в США, которое многие политические аналитики были склонны ассоциировать с наркомафией. На сторону данного лобби были привлечены сенатор Боб Доул и  конгрессмен Бен Гилмор. Благодаря данному лобби, когда в Тетово в западной Македонии 15 февраля 1995 года был открыт албанский университет, без разрешения на то министерства образования Македонии, то там собралось довольно большое количество американских гостей, среди которых были американские сенаторы, как например, Джозеф Диогарди, а так же американские директора университетов и председатели комиссий Конгресса. Так как подобным фактом македонские власти были недовольны, восприняв как попытку создать  в Тетово центр албанского сепаратизма, то была привлечена полиция Македонии и  начались беспорядки, устроенные местными албанцами, в ходе которых один албанец был убит.

Высокие  американские гости в данном случае сделали внушение президенту Македонии Глигорову, что неудивительно учитывая, что  албанцы финансировали и некоторые американские компании, занимающиеся платной пропагандой, а так же различные «независимые» газеты, хорошо подрабатывающие на журналистской «объективности».

Благодаря подобной дипломатической и пропагандистской компании, албанская мафия превратила Македонию в своеобразную балканскую Колумбию, в которой производство наркотиков стало едва ли не важнейшей отраслью производства. Американское правительство, славшее свои войска в Панаму, для борьбы с наркокартелями, об этом не сказало ни слова, хотя албанская мафия наркотики производила не только для европейского рынка, но и для американского.

В таких условиях кампания гражданского неповиновения албанцев в соседнем Косово и Метохии, с последующей волной терроризма не могли не повлиять на события в Македонии, где  уже в 1998 был заметен рост силы и влияния косовской УЧК (освободительная армия Косово), чьих боевиков можно было встретить не только в Тетово, но и в Скопье.

В районах, граничащих с Косово от Куманово до Тетово, где албанцы представляли большинство, македонская власть лишь относительно существовала, так как албанские партии сумели добиться разграничения общин по этническому принципу между македонцами и албанцами, чем обеспечили правовую основу для получения албанцами автономии.

На выборах 1996 года в городах Тетово и Гостивар должность градоначальников получили кандидаты албанской партии ДПА соответственно Алайдин Демири и Руфи Османли сразу же давшие указания вывесить албанские флаги перед зданиями местного самоуправления.

Примьер-министр Македонии Бранко Цервенковский кандидат ВМРО-ДПМНЕ дал приказ на проведение полицейской операции в Гостиваре и Тетово. В ходе этой операции 9 июля 1997 года сопровождавшейся массовыми беспорядками Демири и Османли были арестованы и впоследствии первый был осужден на два года тюремного заключения, а второй на 13 лет, но после новых парламентских выборов оба они были амнистированы.

Начало столкновений

С началом в 1998 году войны в Косово и Метохии, Македония превратилась в тыловую базу албанской УЧК и вскоре начались прямые вооруженные столкновения между македонскими пограничниками и полицией с одной стороны и албанскими боевиками УЧК с другой. Так как в рядах УЧК в Косово воевало значительное число албанцев-граждан Македонии, то до начала гражданской войны в самой Македонии оставалось немного.

С марта 1999 года с началом  компании НАТО против Югославии и начала широкомасштабного наступления армии Югославии и полиции Сербии в Косово и Метохии, в саму Македонию с Косово бежало две с половиной тысячи албанцев, многие из которых здесь были мобилизованы в ряды албанской УЧК. Силы УЧК вели с территории Македонии нападения на сербские войска. При этом и сербские подразделения нередко нападали на силы УЧК и войска НАТО, дислоцированные в Македонии, именно в одном из таких нападений сербами было взято в плен трое американских военнослужащих.

Сама армия Македонии с ее тремя армейскими корпусами (со штабами в Куманово, Битоле и Скопье), тремя легкопехотными резервными дивизиями, 22 бригадами и восемью полками, насчитывала всего 15 тысяч человек, набиравшихся главным образом по призыву, и располагала  четырьмя танками Т-34, тремя десятками танков Т-55, стапятидесятью 120 миллиметровых минометов, 60-70 реактивными системами залпового огня «Пламен» и «Огань» калибра 128 миллиметров и Град калибра 122 миллиметра, четырьмя вертолетами Ми-17, двумя штурмовиками J-21 «Орао», двумя легкими устаревшими штурмовиками J-22 «Јастреб» и двумя устаревшими учебно-боевыми самолетами «Галеб» Г- 2.

Однако в  дальнейшем, перед началом войны в Македонии, Болгария поставила Македонии достаточно большие запасы вооружения, в том числе сотню гаубиц М-30 калибра 122 миллиметра и пять десятков танков Т-55, с тем, что еще пять десятков обязалась поставить в ходе войны. Увидев неизбежность войны, правительство Македонии закупило еще в 2001-2002 годах на Украине четыре Ми-8МТ, два Ми-17, восемь  Ми-24В, два Ми-24К вместе с четырьмя Су-25 (правда, о последних писали как об аренде), причем пилоты на всей этой технике были украинские.

В данном случае вооружению Македонии способствовало и то, что правительство Македонии продало сеть мобильной связи Греции, получив от этой сделки значительные финансовые средства.

Помимо этого в 1998-99 годах согласно программе  военной помощи НАТО армия Македонии получила от Германии до двух сотен БТР типов БТР-70 и ТАМ-170,а из Италии БТР М-113, а из США четыре десятка автомобилей «Хаммер», тогда как в Казахстане для сил специального назначения было закуплено двенадцать БТР-80.

Показательно, что тогдашняя Югославия была куда менее активна нежели Болгария и Украина в Македонии и поставила в  Македонию ограниченное количество боеприпасов и единиц стрелкового и противотанкового вооружения, в частности снайперские винтовки «Црна стрела» калибра 12,7  и гранатометы М-90 калибра 120 миллиметров, а также отправила лишь в конце июля-начале августа пару десятков инструкторов в состав МВД Македонии.

Начало войны

Сама война в Македонии началась достаточно быстро, когда УЧК, получившая в ходе войны на Косово и Метохии (1998-99) боевой опыт и оружие, нанесла весной 2001 года с территории Косово, находившейся под контролем международных сил безопасности НАТО-КФОРа, удар по Македонии. Помимо этого, в Македонию решением руководства бывшей УЧК, стали перебрасываться силы из района Прешево и Буяновца, находившегося на территории Сербии, где при посредничестве международных дипломатов был подписан мир после вооруженного конфликта 2000-2001 годов.

15 марта 2001 года группа в полтора десятка албанских боевиков, открыв оружейный огонь, напала на силы македонской полиции в квартале Кале в Тетово. В нападении было ранено 18 македонских полицейских  и один албанский боевик. Затем группа ушла в сторону границы с Косово. Это было началом войны и вскоре албанцы перешли в более масштабное наступление и установили свой контроль над албанским селом Малиново Мало. На следующий день албанцы из соседних сел и боевики пришедшие с Косово, развернули стрелковый и минометный обстрел всего Тетово, в первую очередь квартала Колтук где жили в основном македонцы, а 17 марта албанцы напали на здание полиции в Куманово. Обстрелу подверглось и расположение немецкого подразделения КФОРа, дислоцированного с 1999 года в Тетово, и тогда один немецкий военнослужащий был ранен.

18 марта под Тетово в бой вступили силы спецназначения МВД Македонии и армии Македонии, а 19 марта в Тетово вошли и первые четыре танка армии Македонии, полученные ею перед войной из Болгарии.

Несмотря на это, 20 марта и вооруженные албанцы вошли в город, и дошли до кварталов Мала Речица и Теке. В ответ к Тетово были переброшенны новые силы македонской армии, и был начат артиллерийский обстрел позиций албанцев артиллерией армии Македонии.

Наконец  21 марта вертолеты Ми-24 нанесли удары по позициям албанцев под Тетово, а силы спецназначения МВД Македонии перешли в наступление, отбросив албанцев от Тетово, и с боем заняли албанское село Гайре. На следующий день в боевые действия вступили и части армии Македонии и в районе села Джермо, где находился центр снабжения албанцев, был высажен вертолетный десант при огневой подержке вертолетов  Ми-24.

В результате общего наступления македонских сил албанцы были отброшены от Тетово, и македонцы к 24 марта установили контроль над селами Селце, Вейце, Лахце а  27 марта и над селами Лисец, Дренок и Тече, выйдя к границе с Косово.

29 марта спецподразделение МВД Македонии «Тигри» и спецподразделения армии Македонии  «Вольци» и «Скорпиони» заняли с боем село Танушевци, однако под давлением международной дипломатии наступление было остановлено и в село вошло подразделение КФОРа с Косово.

30 марта наступление македонских сил под Тетово было окончено, но под контролем албанцев осталось в данном районе село Радуша на границе с Косово, а сами албанские отряды, хотя и понесли серьезные потери, однако избежали уничтожения и вышли из-под удара македонских войск.

Учитывая что вооружены албанцы были в основном стрелковым и легким противотанковым вооружением, располагая также противотанковыми минами, зенитными установками калибра 20 миллиметров, а так же захваченными у македонцев несколькими БТР и ограниченным количеством ПЗРК «Стрела-2» закупленных албанской мафией в бывшей Югославии, то для них это было успехом.

На другом направлении - под Куманово, действия сил албанцев были более успешны и они установили контроль над районом села Матеичи и озера Липково, так что албанские патрули из занятого ими монастыря Матеичи выходили на отроги гор с которых было видно как на ладони Скопье. При этом, в данный район албанцы в районе села Брест перебрасывали силы с Косово из района Гнилане где находилась база армии США.

В начале мая силы албанцев  в районе Куманова и озера Липково достигали четырех тысяч человек и они уже были объеденены структурой Освободительной народной армии - ОНА, формально структурировавшей вооруженные силы албанцев на территории Македонии. Однако, на практике ОНА существовала лишь на бумаге и фактически боевые действия велись силами формально распущенной УЧК, чьи командиры командовали созданным при подержке международной администрации ООН в Косово и сил КФОРа «Косовским охранным корпусом».

Помимо этого, согласно данным из «Белой книги» составленной в МВД Сербии, член руководства УЧК  Даут Харадинай - брат Рамуша Харадиная, организовал также на фронт в Македонии переброску моджахедов из Судовской Аравии, Боснии и Герцеговины, Турции, Афганистана, Косово, в чем согласно «Белой книге» МВД Сербии, важную роль сыграла зарегистрированная в Косово международная организация «Islamic Relief».

Общая численность моджахедов, согласно показаниям арестованного Седулы Мурати, боевика отряда «Исмет Яшари», действовавшего в районе Куманово и Липково, достигала полторы сотни боевиков.

9 июня несколько сотен вооруженных албанцев, среди которых были и моджахеды под командованием Джезаира Шакири, вошли в село Арачиново, населенное в основном албанцами, от которого до Скопья было всего восемь километров.

Возникла угроза того, что силы албанцев войдут в Скопье, где албанцы к тому времени составляли до четверти населения, и потому 22 июня силы армии Македонии под командованием генерала Панды Петровского начали операцию по освобождению этого села. Одну из важнейших ролей в боях за Арачиново сыграли украинские пилоты вертолетов Ми-24 и штурмовиков Су-25, сумевшие нанести серьезный урон позициям противника.

Однако наземное наступление на село македонских сил, ключевую роль в боевых порядках которых играли спецподразделение МВД Македонии «Тигри» и спецподразделение армии Македонии «Вольци», несмотря на подержку танков и артиллерии, шло с большим трудом так что тогда были даже применены и отравляющие вещества. Продолжалось македонское наступление три дня, однако успех был лишь частичный. После же приезда в Скопье представителя ЕС Хавьера Соланы было постигнуто перемирие и албанских боевиков на автобусах 26 июня вывезли из окружения под защитой американского контингента КФОРа..

Одновременно была начата операция македонских войск в районе Липково озера, однако она прошла неудачно и хотя спецподразделение МВД Македонии «Тигри» и спецподразделение армии Македонии «Вольцы», совместно с силами бригады македонских пограничников, вышли на направление села Брест, однако албанцы смогли применив противотанковые мины его остановить.

Неудаче македонской стороны способствовало не только международное давление на Скопье, когда западные дипломаты требовали «сесть за стол переговоров», но и внутриполитическая нестабильность в Македонии.

Тогда как армия Македонии находилась под контролем партии СДСМ, созданной на базе бывшего Союза коммунистов Югославии, то  ВМРО, которая разыгрывала национальную карту, контролировала  МВД, и министр внутренних дел Любомир Бошковский был одним из ключевых функционеров ВМРО.

Руководство ВМРО недовольное как  СДСМ так и самим президентом Македонии Борисом Трайковским, являвшимся формально независимым кандидатом, организовала в Скопье беспорядки 26 июня 2001 года, когда несколько тысяч македонцев, в основном из состава резервных сил полиции, в ряды которых принимались в первую очередь члены ВМРО, ворвались в парламент после бурного митинга, а в Прилепе митингующие македонцы - сторонники ВМРО, сожгли мечеть XVI века.

СДСМ  была вынуждена уступить ВМРО, но после того как вопросы внутриполитических отношений между македонскими партиями были решены, международное сообщество, при ведущей роли британской дипломатии, уже успело договориться о мерах по установлению мира в Македонии.

Правда 7 августа в ходе полицейской операции в Скопье было убито 5 албанцев, а затем албанцы подорвали противотанковыми минами сначала БТР македонской военной полиции, а затем и армейский грузовик с солдатами.

В ответ спецназ МВД во главе с Йоханом Тарчуловским и под общим командованием министра МВД Любомира Бошковского провел с 10 по 12 августа зачистку в македонско-албанском селе Люботен, находившемся с самого начала войны под контролем армии Македонии. После того как македонская полиция арестовала несколько десятков местных албанцев, то десять из них она расстреляла по приказу Бошковского, арестованного впоследствии вместе с Тарчуловским и вместе отправленных в Международный трибунал в Гааге, где Бошковский был оправдан, а Тарчуловский получил десять лет тюремного заключения.

Вместе с тем, дел по фактам военных преступлений албанцев возбуждено не было, чему способствовало то, что массовая гробница македонцев под Тетово была перемещена албанцами сразу после подписания мира, а попытка македонцев воспрепятствовать этому, закончилась тем, что шедший к месту массовой гробницы македонский БТР был подбит албанцами из гранатомета.

В результате, после подписанного 13 августа  2001 года Охридского соглашения, бывшие албанские террористы в Македонии не только легализовались, но и оставили под своей властью два ими захваченных района - Тетовский и Кумановско-Липковский, где контроль над ними, согласно Охридскому соглашению, был передан «многонациональной» полиции, состоявшей из вчерашних албанских боевиков и македонских полицейских, а так же миротворческим войскам НАТО, введенными в Македонию в ходе операции «Жемчужная лисица». Сам ввод войск НАТО в Македонию прошел без особых проблем не считая организованную македонцами демонстрацию, в ходе которой были забросаны камнями британские военнослужащие, один из которых от удара камнем был убит.

Сама албанская ОНА была переформирована в политическую партию во главе с Али Ахмети, принявшую участие в парламентских выборах и добившуюся проведения в 2004 году референдума о изменения границ общин, благодаря чему был установлен албанский политический контроль над общинами Тетово, Гостивар, Струга и частичный контроль над общиной Чашка.

В общем-то,  это была типичная балканская война времен распада Югославии, в которой  личные интересы номенклатурных  чиновников и олигархов господствовали над государственными, так что обе стороны в войне контролировались «международным сообществом».

В силу этого, вместо быстрого и решительного удара по силам УЧК многократно уступавшим вооружением силам армии и полиции Македонии, военно-политическое руководство Македонии теряло время в бесконечных выяснениях отношений между собой, и в постоянных консультациях с «партнерами» на Западе, которым как раз победа вооруженных сил Македонии над, по сути курируемыми миссией ООН в Косово, вооруженными силами УЧК, преобразованными в силы «Косовского охранного корпуса», абсолютно была не нужна.

Потому то и столь популярны были в этой войне не те, кто бы мог без лишних вопросов приступить к выполнению боевых задач, а те, кто рассматривал данную войну как возможность быстрого личного обогащения, путем либо путем банальных хищений, либо путем несколько более замысловатых планов по реорганизации и модернизации, как и поисков все новых образцов вооружения, хотя и существующих было более чем достаточно. Фактически, на этой войне, как и  на остальных войнах такого типа, не хватало, прежде всего, настоящих боевых командиров  и ничего более.

Результаты выборов в парламент Республики Македония наглядно продемонстрировали, что местные славяне устали от происков албанских сепаратистов Косово, и что македонский север никогда не станет частью государства под названием «Великая Албания»

Если верить историкам, термин «Великая Албания» принадлежит человеку, защищавшему территорию нынешних Тираны и Дурреса от нападений со стороны турок-осман. Возглавив народное движение, Георгий Кастриоти по прозвищу Скандербег в 1444 году освободил от турецких захватчиков северную часть Албании. Именно тогда он сказал, что албанцы — где бы они ни были — должны сохранять свою самобытность, а сама албанская земля станет великой вне зависимости от того, кто по ней будет ступать.

Во времена Скандербега словосочетание «Великая Албания» применялось к государству, образованному христианами-католиками. Наверное, не стоит в очередной раз говорить, что после полного порабощения этой территории Османской Империей (и последующих за этим в течение пяти веков событий) христиан в Албании осталось менее 20%. А вот теорию пресловутой «Великой Албании» активно исповедуют тысячи экстремистов во всем мире…

В 1998 году полевые командиры террористической группировки ЮЧК (Армия освобождения Косово) внезапно вспомнили о теории Скандербега. Боевики Хашим Тачи и Рамуш Хардинаи в своем манифесте провозгласили, что «Великая Албания» распространяется на «исконно исламскую территорию» от Тираны до Приштины, включая север Македонии и часть юга Сербии. И ничего, что сам албанский идеолог не имел никакого отношения к исламскому радикализму…

В 1999-м именно Македония приютила у себя десятки тысяч беженцев из Косово — в основном представителей мусульманского населения соседнего края. Изо всех сил пытаясь завоевать расположение Евросоюза и НАТО, Скопье санкционировал создание независимых политических организаций, члены которых имели полное право исповедовать «цивилизованную исламскую культуру Албании». Трудно сказать, каким именно образом так получилось, но представители подобных разрозненных «великоалбанских» группировок уже через год стали серьезной боевой силой. Если бы не успешная операция спецназа МВД Македонии в 2000-2001 годах против албанских сепаратистов, кто знает – не появилось бы на балканской карте очередное карликовое государство типа сегодняшнего «независимого Косово».

Впрочем, македонцы как общность всегда отличались определенной осторожностью в вопросах внешней политики. Долгое время албанские партии, представленные в местном парламенте, предпочитали оставаться на вторых ролях — дабы не поднимать лишнего шума. Однако ситуация радикальным образом изменилась в декабре прошлого года, когда сепаратистские власти Приштины объявили о намерении создать собственное государство.

Политические силы македонских албанцев внезапно разделились по так называемому «внутриэтническому признаку»: одни симпатизировали Партии Демократического движения (ДУИ), возглавляемой относительно умеренным Али Ахмети, другие поддерживали популистские «великоалбанские» взгляды лидера радикалов Мендуха Тачи. Кстати, последний приходится двоюродным братом нынешнего «косовского премьера» и даже успел повоевать вместе со своим кузеном — сначала в составе Армии Освобождения Косово (АОК-ЮЧК), а затем в составе Албанской Национальной Армии (АНА).

В январе противостояние соратников Ахмети и Тачи едва не привело к массовым беспорядкам в Скопье и Тетово. Ситуацию удалось урегулировать лишь после того, как оба албанских политика договорились: необходимо выбрать нечто среднее между экстремизмом и демократическими ценностями. «Уже тогда было понятно, что в стране назревает серьезный политический кризис, — сказал македонский политолог Гошо Андриевски. — Славянские партии не могли противостоять распространению албанского влияния».

Сам процесс досрочных июньских выборов в македонский парламент ознаменовался массовыми попытками албанских экстремистов (как местных, так и косовских) запугать электорат. По официальным данным государственной избирательной комиссии Македонии, на севере страны, населенном преимущественно албанцами, были отмечены вопиющие нарушения закона. 15 июня людей, приходящих на избирательные участки, некие лица в камуфляжной форме запугивали физической расправой, требуя вбросить пачки бюллетеней в поддержку радикалов.

Тем же, кто отказывался от этого «предложения», говорили приблизительно следующее: «Мы знаем, в какую школу ходит твой сын», «Мы знаем, где работает твоя жена» и т.д. Даже международные наблюдатели, опасаясь за свои жизни, были вынуждены покинуть пункты голосования. Сейчас по всем зарегистрированным фактам ведется расследование.

Несмотря ни на что, македонский избиратель — независимо от этнической принадлежности — впервые за долгие годы дал по-настоящему цивилизованный отпор попыткам превратить свою страну в часть призрачного экстремистского государства. Большинство (63) мест в 120-местном парламенте Македонии получила прозападная коалиция «За лучшую Македонию».

Соратники Али Ахмети могут похвастаться 11 мандатами. А вот сторонникам «Великой Албании» повезло меньше. Время показало, что всевозможные родственники и соратники сепаратистов народным уважением в Македонии не пользуются. Фактически это означает, что Скопье поставил (или, вернее, попытался поставить) определенный барьер на пути нелегального трафика оружия и наркотиков в Западную Европу. Георгий Скандербег наверняка одобрил бы этот выбор…

http://www.kontinent.org/article_rus_486c4f8376f71.html

http://ruskline.ru/analitika/2012/12/19/slavyane_protiv_albancev/